– Ну как? Сестренка дала тебе жару? – интересовался Артем, помогая мне вылезти из воды.
– На самом деле, если убрать эмоции, она большая молодец.
– Вот видишь, я молодец! – восторженно радовалась Вики, показывая брату язык.
– Огурец! – передразнил сестру Артем. – Еще и бешеный, потому что на адреналине. Ты зрачки свои видела? Как два блюдца!
Джем и Ник, наблюдавшие за происходящим со стороны, от души рассмеялись, пока Вики не атаковала Артема, вооружившись маской, все еще находящейся у нее в руках. Удар пришелся прямиком по лбу красавчика, отчего тот отчаянно заскулил и схватился за голову.
Любящих родственников развели по разным палубам. Точнее, Вики повели прямиком в камбуз, где Джем отпаивал перевозбужденную девушку чаем с какими-то успокаивающими травками, а Ник готовил бутерброды. Все это время, конечно, когда не жевала, она без умолку трещала, делясь впечатлениями от первого погружения.
Артем, требуя заботы и ласки как пострадавшая сторона, расположился все на том же диванчике, который облюбовал еще с утра. Он стонал от боли и причитал, пока я держала у его головы холодную жестяную банку кока колы как раз в том месте, где по его заверению должна была появиться огромная шишка. Правда, ее так и не появилось. Вес маски от силы 170. грамм, какие шишки от такого удара?
– И за что мне все это? Сколько я возился с ней, когда она была еще мелюзгой на горшке?
Неожиданно Артем сел и подхватил меня, усаживая на свои колени. Я было пыталась сопротивляться, но его лицо исказила гримаса боли и он взмолился:
– Только не сдвигай банку, это моя последняя надежда на спасение! – я застыла, а этот хитрый жук обнял меня и продолжил, блаженно выдыхая. – Вот так уже лучше.
– А сколько раз отгонял от нее всяких уродов? Правда, иногда получал от них. А теперь еще и от нее. Непростое это дело, птичка, быть старшим братом! – философски подытожил Артем.
Я почти прониклась состраданием. Хотя, понять его мне было трудно, я всегда мечтала о брате или сестре, но увы.
– Да ты родился раньше нее всего на пятнадцать минут, старший брат! – подтрунивал Ник, входя в гостиную.
– Как на пятнадцать минут? Вы что, двойняшки? – удивилась я.
– А я разве не говорил? Нам даже день рождения приходится делить на двоих, – как ни в чем не бывало жаловался Артем. – С детства ненавижу вечеринки в стиле принцесс Дисней!
В этот момент я заметила что-то странное: Ник смотрел на руки Артема на моей талии и его улыбка таяла, как последний весенний снег, не оставляя следа. Артем прижал меня еще крепче и теперь я ощущала его горячее дыхание на своей щеке. Он словно напоказ поцеловал меня в висок и глубоко, с наслаждением, вдыхал запах моих волос.
– У тебя волшебные руки, птичка, ты меня исцелила!
– Это не я, а чудотворная банка колы, – с улыбкой на лице подняла глаза, наблюдая, как напряженный Ник, прожигая нас взглядом, нервно повел плечом.
– Как там моя сестренка? Утешилась в твоих объятьях? – в шутливой манере спросил Артем, с хлопком и шипением открывая то самое чудо.
– С ней порядок, – Ник убрал руки в карманы, задумчиво глядя куда-то вдаль, а затем перевел взгляд на Артема, жадно поглощающего напиток. – А вот с тобой, похоже, не совсем. Может, стоит пропустить погружение?
В мои руки перекочевала наполовину опустошенная банка с все еще холодным содержимым. Легким движением Артем пересадил меня со своих колен на диван, а сам поднялся и подошел к Нику. Он встал напротив него и также убрал руки в карманы. Я все ждала очередной шутки, но ее не последовало. Два лучших друга около минуты, не обращая на меня внимания, молча мерились взглядами.
Что происходит? Я даже подумала, не общаются ли они телепатически? Что за противостояние супергероев? И вмешиваться не хотелось, но и наблюдать за этим было тревожно. Сама не заметила, как банка в моей руке оказалась пустой. Наконец, Артем заговорил:
– Я в норме, брат, – с этими словами он похлопал Ника по плечу, – через пятнадцать минут погружаемся.
Артем уверенно двинулся в сторону лестницы, но уже спускаясь, оглянулся на меня и подмигнул, озарив абсолютно искренней улыбкой. И как он умеет так быстро переключаться? Тот еще виртуоз.
– Здорово получилось, – Ник держал в руках альбом с портретом Ская. Он все еще был напряжен, но уже едва заметно улыбался уголками губ. – Можно, я оставлю его себе?