Бонду хотелось искренне улыбнуться, когда в его лапищи легла панама, пара полотенец и крем с самым высоким уровнем защиты от солнца SPF 50, но его суровая физиономия не выдала ни единой эмоции, которые можно было бы расценить, как слабость, сохраняя привычное выражение кирпичом.
– Панама, чтобы уши не сгорели, а это, чтобы все остальное, – неловко, словно оправдываясь, протарахтел Сухой.
У Бонда не было слов, только мощную грудь прошибло давно забытое чувство и что-то защемило в сердце. Последний раз о нем так заботилась мать, когда он был еще школьником и ходил в мороз без шапки и рукавиц. А еще вспомнилось, как он сам присматривал за сестрой и ее совсем маленьким Гришкой, прикупая всякие полезные мелочи. Но о нем, о Федоре, больше никто и никогда так не волновался. И было в этом что-то родственное, семейное.
«Братан», – подумал Бонд, но отчего-то так и не решился произнести это вслух.
Глава 16. Арина
Обед я, кажется, проспала. Облачившись в купальник и измерив вдоль и поперек шагами свою каюту, все-таки решила подняться на верхнюю палубу и занять шезлонг, одно из любимых мест Вики.
Шезлонг – не камбуз, надеюсь, она поймет и простит.
Все ребята куда-то разошлись. Солнце ласково пригревало, с легким ветром улетучились тревоги и неприятные мысли, там я и отключилась.
Меня разбудили голоса. Рядом, в закрытой части верхней палубы, Артем о чем-то спорил с сестрой. Они пытались говорить тихо, но даже при этом я прекрасно их слышала. Мои глаза скрывали солнцезащитные очки, но каким-то образом и все мое тело оказалась в прохладной тени – надо мной за время сна появилась складная крыша из тента. Обо мне снова кто-то позаботился, а то обгорела бы не на шутку. Тело было настолько расслаблено, что даже шевелиться не было никакого желания. А теперь, когда я невольно подслушивала чужой разговор, вставать и признаваться в этом особенно не хотелось.
– Готовишь план по захвату крепости? – спросила Вики.
– В этот раз все пройдет идеально! – заверил Артем.
– Опять написал список безумных ходов? Если она тебе так нравится, просто поговори с ней, – переживала за брата сестра.
– Это пятый пункт в моем списке, – неохотно признался Артем. – Может, игра «Правда или поцелуй»?
– Ты серьезно? Да она для подростков!
– Зато всегда работает, – настаивал он на своем.
– Братик, и как у тебя это получается? Ведешь себя, как уверенный мачо и мастер экспромтов, а на деле ранимый мальчишка, который вечно что-то планирует. У тебя раздвоение личности?
– Она мне небезразлична, понимаешь? – сорвалось с его губ в полный голос, разрезая тишину, и мое сердце готово было выпрыгнуть из груди от таких признаний. – Вик, разве ты не видишь, она другая, не такая, как все. Она буквально с неба на меня свалилась, и я впервые не знаю, с какой стороны подойти. Только все порчу, идиот.
Таким я его еще никогда не видела. По большому счету, я и сейчас его не видела, притворяясь спящей, но это откровение отчаявшегося мужчины потрясло меня до глубины души. Вот уж не думала, что он так переживает, даже как-то стыдно стало, что я и являюсь причиной всего этого.
За недолгое время мы действительно сблизились с Артемом, по-своему он стал мне очень дорог. Готова ли я была впустить его в свое сердце? Да, и с удовольствием! Вот только мое сердце жило собственной жизнью, отказываясь слушать доводы рассудка.
Доверительные отношения Артема с сестрой тоже стали для меня открытием. Оказывается, за всеми этими шутками и поддевками всегда стояли два по-настоящему близких и любящих человека, брат и сестра в лучшем их понимании.
– Соберись, мастер Йода! А то растекся тут, как соус по тарелке. Если проблема только в этом, можешь на меня рассчитывать, – поддержала Вики брата. – Посмотрим, какой из меня купидон.
Они рассмеялись, а мне захотелось провалиться на пару этажей, в лучшем случае, оказавшись прямиком в своей каюте, в худшем – даже под водой. Черт меня дернул так не вовремя проснуться! Вот и как мне теперь вести себя непринужденно, зная, что эти двое затеяли?
Когда голоса стихли, я беспрепятственно спустилась на нижнюю палубу. Проходя по коридорчику к своей каюте, каждый раз с удовольствием рассматривала картины, которые кто-то, догадываюсь кто, в этот раз развесил в другом порядке, а какие-то и вверх тормашками. Я улыбнулась. Видимо, Ник сегодня сюда еще не заходил.
В каюте меня ожидал сюрприз – ваза с белыми цветами плюмерии или, как их еще называют франжипани. Это маленькое декоративное дерево, распространенное на тропических островах. Такими цветами здесь украшают свадебные церемонии. Свое первое название они получили в честь известного французского натуралиста Шарля Плюмьера, описавшего этот вид, второе – в честь знаменитого парфюмера маркиза де Франжипани. Еще в XVI веке маркиз создал новый аромат на основе смеси запахов различных цветов, кореньев и пряностей. Он стал широко применяться для ароматизации дамских перчаток и в кулинарии. А уже значительно позже обнаружилось, что аналогичный аромат имеют цветы дерева плюмерии, растущего в оранжереях у знати.