– Ему можно! – отвечает седоволосый мужчина, и медсестра пропускает его.
– Ну, здравствуй, красавица, – обращается ко мне этот же мужчина, – сейчас мы тебя осмотрим.
Мою одежду поднимают почти до пупка, что у меня там видно в данный момент, меня мало волнует. Даже если полностью оголят нижнюю часть моего тела. Меня осматривает совсем другой врач, тоже мужчина. Проводит пальпацию, задавая ряд вопросов, чувствую ли я где-то боль. Но именно там, где ощупывает меня этот врач, боли нет.
Меня опять пронзает резкая боль, я скручиваюсь, не хватает воздуха. Начинаю дышать рвано, часто. Лоб покрывается потом.
– По моей части, – говорит этот молодой врач, который, как оказалось, хирург, обращаясь к этому Валерию, – у нее все чисто, это не апендикс и не кишечные колики.
Валерий кивает ему и приступает сам к моему осмотру. И только когда он подходит ко мне близко, я читаю надпись на бейджике:
Соколов Валерий Виссарионович – врач гинеколог-акушер, заведующий гинекологическим отделением.
– Когда была последняя менструация? – спрашивает, не стесняясь. Алекс не отходит от меня ни на шаг. Смотрит в глаза, держит за руку.
– Я не помню, – задумываюсь, – где-то в начале сентября, – от боли я отвечаю отдельными словами, не одним предложением, – я никогда не следила за циклом, – и это правда. Так как не вела половую жизнь, не считала нужным вести календарь.
– Бегом сюда капельницу, – обращается к медсестре, нащупывая мой живот, от чего я корчусь от боли, покрываюсь потом, он называет какие-то названия лекарств, дозировки, медсестра выполняет все быстро, и я уже лежу с капельницей в руке. Еще пару уколов в ягодицы делает мне медсестра, хорошо, в это время Алекс додумался, отвернулся к окну, – мы сейчас снимем спазм и боль, и проведем УЗИ обследование, и, если мои догадки подтвердятся , я назначу соответственные анализы крови и мочи, и лечение.
Алекс кивает, берет бумажные полотенца, которые лежат на столе рядом с кушеткой, вытирает пот с моего лба.
Мне становится легче дышать.
Мою каталку двигают по этому помещению, поближе к аппарату УЗИ.
– Как самочувствие? Легче стало? – спрашивает Валерий.
– Да.
Он садится на стул перед ультразвуковым аппаратом. Алекс стоит у него за спиной, смотрит на монитор.
– Поднимите максимально высоко юбку, – говорит Валерий, и после моих движений он помогает мне спустить ниже трусики, вместе с колготками, да, я теперь ношу колготки. Вот сейчас да, я краснею и смущаюсь, от своего откровенного вида. Но у врача абсолютно холодный и безразличный взгляд на мой откровенный вид.
Зато Алекс смотрит , не отрывает взгляда от меня. Когда сталкиваемся глазами, вижу в его взгляде тревожность, заботу....
На мой живот льётся холодный гель, от чего я тотчас покрываюсь мурашками и быстро отвожу глаза.
– В полости матки визуализируется анэхогенное образование, вероятно, плодное яйцо, соответствует двум или трем неделям, по дате зачатия, учитывая, что вы точно не помните дату последней менструации.
– Что вы такое говорите? – у меня от услышанного шок.
– В левом яичнике желтое тело, диаметром восемнадцать мм. Так...... – он смотрит на меня из-под очков, Алекс все это время не шевелится, не отводит глаз от монитора, где по мне так видна какая-то маленькая точка черного цвета, он бледный, я замечаю, как у него на лбу выступают капельки пота, – по заключению могу сказать, что подозреваю, что вы беременны, сейчас медсестра возьмет анализ ХГЧ и другие необходимые анализы. Через пару недель сделаем УЗИ в динамике, чтобы точно определить срок. Или у вас плод крупный или... остальное потом. Матка в тонусе, угроза выкидыша. Вы остаетесь у нас на сохранении, минимум на две недели, а там посмотрим. Ну, что ж, Алекс, друг мой, – он встает, поворачивается к Алексу, который смотрит на меня убийственным взглядом, я быстро отвожу глаза от него, – положение серьёзное, прошу отнестись к такому событию со всей ответственностью. Медсестра выполнит все мои назначения, и ее в скором времени переведут в палату. Сейчас я должен идти, меня ждут другие пациенты. Я к вам еще загляну. Ей нельзя нервничать. Малейшее волнение может закончится плачевно для вас.
Он выходит.
Мне в капельницу добавляют еще какое-то лекарство, дают еще какие-то таблетки. . И, наконец, мы остаемся вдвоем, медсестра слишком далеко от нас.
Алекс подходит близко, наклоняется ко мне и шепотом спрашивает: – От кого? Кто отец?
АЛЕКС
Я давлю на газ по максимуму, мчусь на бешеной скорости, нарушая все правила дорожного движения.
Лишь бы довести ее.