– Мне будет спокойнее, если там будет не молодая......... ну ... пока я беременная, я не хочу нервничать..
– Ревновать, ты хотела сказать? – улыбаюсь, мне нравится ее ревность, мне всё в ней нравится, и то, что она сама себе противоречит, тоже нравится.
– Я не ревную, с чего бы? Ревнуют любимых, правда ведь?
– Да, любимых, – целую в висок, в щеку, тихонько добираюсь до любимых губ. Нежный, ласковый поцелуй, в паху сразу становится тесно, – я тебя люблю, хочу. Ты что творишь со мной?
– Отпусти, Алекс ......мы только что этим занимались... – краснеет.
– Я тебя хочу все время!
– Ненасытный......уйди. Мне надо ... расчесаться..
– Я сам расчешу тебя.
– Ты?
– Думаю, через пару месяцев тебе будет тяжело это делать, так что мне надо научится сейчас это делать, – забираю у нее расчёску и начинаю мучить ее. Ну, я стараюсь, если бы она не кричала и не щипалась, то получилось бы быстрее.
***
– По пути домой заедем на рынок? – Амаля скидывает вещи в сумку, нас выписали, и говорит, – надо кое-что купить.
– Это кое-что на рынке продается? – улыбаюсь.
– Нет, везде можно купить, но я хочу на рынке.
– Ты напиши список, отправим Стаса, я домой хочу, я тебя хочу, – она нагнулась и запихивает вещи в сумку, демонстрируя мне свою попку, в которую я хочу войти.
– Алекс! О Боги, дайте мне терпения, я сама хочу купить все, что мне нужно. Понюхать, пощупать, чтобы было свежее и пахучее.
– Это съедобное, то, что ты хочешь? – обнимаю ее сзади, трусь членом о попку, пока она утрамбовывает в сумку вещи. Кайфую.
– Ты маньяк, сексуальный, – толкает меня попкой, чем вызывает у меня смех, – о чем-нибудь другом можешь думать? Ааа?? – поднимается, смотрит в глаза, которые уже горят от желания.
– Когда ты рядом, да еще и в такой позе, мозги напрочь перестают работать, – тяну ее к себе и впиваюсь в рот. Моя сладкая.
– Нам ехать нужно! – еле отрываюсь от нее, – я еще не все вещи собрала, а ты....ты... – хватает меня за член, через брюки, дергаюсь назад, – угомони своего дружка, – смеется. Поворачивается и продолжает собирать вещи. Откуда столько вещей, ума не приложу?!
– Я хочу твою попку, она такая сексуальная, ммм, – чувствую скоро слюни потекут у меня.
– Извращенец, даже и не думай.
– Думаю, и хочу, и получу, – подхожу, отбираю сумки, – давай помогу, а то я кончу в трусы, пока стою наблюдаю.
– Говорю же, извращенец! Наглый, сексуальный маньяк, – смеюсь, – я хочу голубцы, а он что хочет?
– Ты за голубцами хочешь на рынок? Я закажу в ресторане.
– Я не хочу в ресторане, я хочу сама их сделать.
– Какая разница, Амаль, я закажу, одно и тоже.
– Ни одно и тоже, я сама хочу сделать. САМА.
– Давай заедем тогда в торговый центр, там купим все необходимое.
– Нет, я хочу на рынок. Ты не понимаешь, там на рынке, другая атмосфера, живая, все кругом пахнет фруктами, овощами, – она при этом еще прикрывает глаза, как будто на самом деле сейчас чувствует запах рынка и овощей.
– Ладно, заедем на рынок.
– Ура! – она подпрыгивает, обнимает, – спасибо, ты будешь таскать пакеты, а я буду выбирать.
– Хорошо, согласен, – куда мне деваться-то, эти ее гормоны бушуют, приходиться смириться и тащиться на рынок.
Рынок.
Амаля просто порхает и летает, как бабочка, подходит практически к каждому столику, трогает, нюхает, что-то кладет в пакет, ей с удовольствием взвешивают, продают. Смотрю на нее, и не могу поверить, что она полчаса назад в палате кричала и практически плакала, что я привез ей комбинезон для беременных, который был ей слишком велик.
– Я что, такая толстая? – плачет, – Зачем ты купил такой большой комбинезон? Зачем купил вообще что-то без моего согласия? Я просила мне привезти что-то из моих вещей, которые, кстати, у тебя дома, о чем я сейчас жалею! А ты мне привез этот балахон.... – сморкается в салфетку.
– Я хотел, как лучше! Я просто сказал им, чтобы дали мне что-то для беременных.
– Что-то для беременных? – киваю, стараюсь утянуть в поясе, застегнуть на самые первые пуговицы по бокам комбинезона, чтобы он не казался слишком велик. Я откуда мог знать, что он для беременных на последних сроках?! Еле уговорил ехать в нем, потому что желания ехать и привезти ей что-то из ее вещей не было. Всю дорогу она молчала, дулась.
А сейчас пожалуйста, она ходит по рынку, все нюхает, что -то пробует, что -то покупает, цветет и пахнет, а я иду за ней с пакетами. И вообще, черт возьми, я тащусь сейчас от ее счастливого вида.
Наконец, скупив полрынка, мы отправляемся домой. Сразу, как только положил пакеты на стол на кухне, притянул ее к себе.