На секунду за столиком стало тихо. Но вот глаза Теда расширились, лицо приняло комичное выражение. Какое бывает, когда вспоминаешь о чём-то важном…
— О чёрт! Я же должен был забрать Мэри-Энн!
Иэн снова уронил наушник. Вот оно, важное.
— Мэри-Энн?
— Мою дочь!
Всё-таки время летит очень быстро.
— У тебя уже и дочь есть? — Иэн перевел взгляд за плечо Тедди: к столику незаметно приблизилась Дейзи, неся в руках дымящуюся чашку на блюдце.
— Ага. Красавица. Ей четыре, — Тед отодвинул стул, резко поднялся и задвинул стул обратно. Чуть не выбил кофе из рук девушки, но та вовремя шагнула назад.
— Выпьешь мой кофе? За счёт заведения.
— Я и заплатить могу, не парься, — Иэн повёл плечом.
— Не обязательно, — Тедди отмахнулся, похлопал себя по карманам и выудил ключи от машины. — Ты же художник, откуда у тебя лишние деньги?
Иэн сжал зубы. Действительно. Именно так называются пятьдесят тысяч фунтов в год.
— Оставайся здесь, сколько хочешь, — Тед попятился к двери, тыкая пальцем в экран смартфона. — Нужно будет встретиться как-то, посидеть нормально, да?
Нет.
— Обязательно, — Иэн дёрнул уголком губ в ухмылке, но тут же снова сжал их.
Однако Тедди его уже не слушал. И не видел. Он быстро кивнул, будто сам себе, прижал мобильник к уху и толкнул дверь.
— Да, милая, — донёсся его голос. — Уже еду…
И дверь кафе быстро закрылась.
Наконец-то, мать его.
Иэн подавил выдох облегчения. Не зря люди ненавидят встречи с прошлым. С нелюбимым городом, с бывшими любовниками, одноклассниками… То, что сначала выглядит вполне мило, уже за пять минут может срубить на корню всю лёгкость.
На стол опустилась чашка. Рядом застыла фигурка в форме кафе и переднике. Ах да, она еще здесь. Иэн перевел стеклянный взгляд с выхода на девушку. Уходить, похоже, она не собирается.
— Может, всё-таки хотите перекусить? — несмело заговорила Дейзи. Во взгляде плеснулось что-то вроде жалости. — У нас сегодня хорошо удался тирамису.
Это такой способ загладить неловкость вместо босса? Иэн подобрал со стола наушник и подвинул к себе ноутбук.
— Пока не нужно, но я учту, — он всё-таки потянулся к футляру с очками. — Спасибо за предложение.
— Вы не слушайте мистера Мура. Уверена, у вас хорошие работы.
О, так вот это что. Всё-таки жалость. Жалость к выдуманному образу. Он надел очки, поднял взгляд на девушку и потёр пальцем горбинку на носу.
— Вам нужно идти за кассу, Дейзи, — собственный голос спустился до язвительного полушепота. — Может быть, кто-то уже хочет попросить счёт, а вы не в курсе. Нехорошо получается, правда?
Щечки-яблочки залились краской. Дейзи потупилась, заложила руки за спину и попятилась. Сделав несколько неуверенных шагов, она развернулась и пошла прочь. А начиналось всё неплохо. Но нескольких прямых извилин недостаточно для того, чтобы всерьез увлечь. Иэну хватило идиотки-соседки в Лондоне. У неё шикарная рыжая грива, шикарные крутые бёдра, и секс с ней был отличный. Но общаться в остальные часы в сутках с ней не о чем.
Однако Лондон прекрасен в том числе и этим. В большом городе никто никому ничего не должен. Можно без особого труда найти развлечение на вечер, а утром, отделавшись парой банальных фраз, просто уйти. В Уайтхейвене так не получится. Следует зарубить это на своём горбатом носу.
Он развернулся к сумке, вытащил графический планшет, подключил к ноутбуку и открыл очередной незаконченный макет. Если еще какой-нибудь старый знакомый решит подойти, придётся прикинуться припадочным бомжом. Чтобы не трогали.
Глава 9
— Ну как ты там?
— Соскучился, любимый?
— Вообще нет. Решил убедиться, что ты не повесился от тоски.
Иэн зажал мобильник плечом и переключил слои макета в фотошопе.
— Я к этому очень близок, — пробормотал он, сосредоточенно глядя в экран. — Приезжай, помоги смазать веревку.
Мэтт негромко хмыкнул в трубку.
— Давай ты как-то сам: мне завтра на смену.
— Как раз успеешь метнуться сюда и вернуться.
В динамике послышался плеск воды.
— Это вряд ли, — протянул Мэтти, и его голос смешался с шумом чайника. — Что слышно? Как твоя мачеха?
Иэн начал осторожно прорисовывать ресницы девушке на макете. Локоть при этом неудобно завис в воздухе,
— Ма-че-ха… — задумчиво выронил он. — Как же шикарно звучит, да? — плечо начало сводить, но Иэн продолжил выводить тонкие линии одну за одной. — Как думаешь, если я разобью коленку, мачеха поцелует мне ранку? И если у меня при этом встанет — ну так, гипотетически — это будет считаться совращением?