Ночью боль вернулась, и мне пришлось вставать и давать парню обезболивающее. Он пытался шутить, но мне было не до шуток.
Когда я наконец-то засыпала, мне снилась авария, в которой Ян погиб.
Во сне я плакала, сидя на коленях рядом с его телом. В какой-то момент мои рыдания стали такими сильными, что я начала задыхаться.
Я не понимала, что плачу по-настоящему, но пока я была во сне, мне казалось, что я задыхаюсь. Но когда я уже думала, что задохнусь, в моей голове раздался мягкий голос, который сказал: «Дыши! Я рядом!»
***
Возвращаясь домой в воскресенье вечером, как и обещала Лиле, я заметила черный внедорожник, который выделялся на фоне остальных автомобилей во дворе. Я знаю все машины наших соседей и точно запомнила бы эту. Возможно, к кому-то приехали гости, но водитель странно посмотрел на меня, когда я проходила мимо.
Я отогнала тревожные мысли и вошла в подъезд.
Лиля была на кухне и готовила что-то вкусное, аромат уже чувствовался в коридоре. Я сняла верхнюю одежду, вымыла руки и зашла на кухню.
- Я вернулась.
- Отлично! – тетя посмотрела на меня и скомандовала, - Сейчас будем ужинать. Накрой на стол.
Я накрыла на стол и помогла ей разложить необычное овощное рагу, потому что моя родственница оказалась любительницей экспериментировать с едой.
- Что это? – спросила я, глядя на рагу в своей тарелке.
- Рагу, – она улыбнулась. – Решила попробовать новые специи…
- О, специи… Ну, ладно, попробуем…
Мы несколько минут ели в тишине, которую нарушала музыка из динамиков. Лиля не выдержала первой:
- Как Ян?
- Хорошо. Расстроен, что ему придется отложить тренировки. Вчера созвонился с тренерами, и он узнал много нового о себе. – Я улыбнулась, воспоминая разговор Яна с тренерами. – Димитрий Богданович запретил ему подходить к мотоциклу.
- Правильно сделал! – горячо поддержала решение отца Яна Лиля. – Он чуть не разбился! Думаешь, его отец хочет, чтобы сын умер молодым? Конечно, нет!
- Лиль, это была последняя гонка в этом году, потому что скоро зима, и максимум, что проводит Сан Саныч в это время – это гонки на автомобилях и обучение экстремальному вождению.
— Вот и хорошо, – сказала тетя и сменила тему. - Как рагу?
- Вкусно. Лиль, ты не знаешь, что за внедорожник стоит во дворе? – вспомнила я.
Тетя нахмурилась и подошла к окну. Отодвинув штору, она выглянула во двор и сразу увидела машину.
- Эта та, что припаркована в конце двора?
- Да. – Я подошла к ней и посмотрела туда же. – Может, к кому-то приехали гости?
- Может быть, – согласилась она с беспокойством. – В любом случае будь осторожна, хорошо?
- Как скажешь, - согласилась я, не понимая, почему она так переживает из-за машины, и уже пожалела, что рассказала о машине. – Спасибо за ужин. Я пойду к себе, а то завтра в школу.
- Отдыхай. Я все уберу, – сказала Лиля, продолжая наблюдать за машиной.
Зайдя к себе в комнату, я открыла мессенджер и ответила Яну на его сообщение.
***
Начало недели прошло спокойно. В школе уже все знали о случившемся и переживали за Митрича.
Алиса, узнав подробности произошедшего в пятницу, снова напомнила мне о необходимости быть осторожнее с Яном. Но больше всего ее обеспокоило то, что я рассказала о странном джипе, который я видела не только рядом с домом, но и у школы. Однако я сразу же уточнила, что, возможно, это была другая машина. Подруга предложила обратиться в полицию, чтобы они проверили, кто это и что им нужно. Но я отмахнулась от ее предложения, так как я могла ошибаться.
Возможно, я и не придавала должного значения ситуации с джипом, но мне надоело, что меня постоянно контролируют, оберегают и ограждают. Мои друзья и родные не замечали, как они начали душить меня своей заботой. Из-за их паранойи я начала вздрагивать от каждой тени. Иногда я ловлю себя на мысли, что подозреваю всех, кто смотрит на меня не так или просто хочет что-то спросить. Но так продолжаться не может. Если что-то должно произойти, то оно произойдет, и ты ничего не сможешь с этим поделать.