Стиснул зубы до скрипа. Меня до безумия выводит несправедливость жизни. Почему с такой замечательной женщиной, обошлись так отвратительно? Зачем он сломал её, довел до депрессии? А Юля, неужели, так сильно любит его, что простила?
‒ Он мне ничего не должен, как и я ему. Жизнь, так распорядилась.
‒ Ты говоришь, что жизнь решила отобрать у тебя всё? Юля, это глупости! ‒ завелся я. ‒ Мы сами творим свою жизнь и лишь от наших поступков зависит её исход. ‒ обошел девушку и стал напротив неё, заграждая собой всё. Она устало вздохнула и подняла на меня свои голубые глаза.
‒ А что вы предлагаете? Жить с этой ношей всю жизнь? Так, я буду с этим жить, но прежде хочу облегчить её, отпустить прошлое и начать заново.
‒ Сбежав?
‒ Даже если и так, что меня держит?
‒ Разве у тебя нет другого выхода? ‒ почти в плотную подошел к ней. ‒ Начни её заново, со мной.
Юля стояла обескураженная. Приоткрыв рот, она никак не могла подобрать слов.
‒ Ты же говорила, что мечтаешь о семье, о доме, в котором будешь создавать уют в ожидании мужа, о спокойной жизни. Так почему бы тебе не держаться за меня?
‒ За вас? ‒ нервно рассмеялась озираясь по сторонам. ‒ Я вам что, тот одинокий и беспомощный котенок за стеклом витрины? Кем ты себя возомнил, Паша? Я не беспомощна, как он, так что прекрати свои грязные игры. Притворство. В тот раз, ты утратил мое доверие и уважение к себе. Не усложняй всё ещё больше.
Она сломала во мне что-то, чего я не замечал раньше. Её замораживающие слова и презирающий взгляд, душили меня. Не могу сказать ни слова, а могу лишь наблюдать за удаляющейся фигурой девушки. Слова её правдивы, я пытался сыграть с её чувствами, но проиграл первый же бой. Да что уже говорить, я просто сдался. Она пленила меня. Она стала единственной женщиной, которой я готов отдать все, лишь бы она была рядом.
Детский смех вырвал меня из водоворота раздумий. Повернулся обратно к стеклянной витрине зоомагазина. Олега нет, как и его семьи, ушли, а одинокий пушистик остался. Маленький, светло-рыжий, почти бежевого окраса с голубыми глазами, серьезно уставился на меня. Подхожу ближе к стеклу.
‒ Смотришь так, будто готов ко всему, в этом жестоком мире.
Напоминает Юлю, что каждое утро встречает меня в приемной, с таким же взглядом и уверенностью. Захожу в магазин и подхожу к этой же ячейке. Снова смотрит, насторожился, но не убегает, ждет.
‒ Добрый вечер. ‒ за спиной лепетала девушка продавец, предлагая помощь.
‒ Я его забираю. Подготовьте всё.
Юля
Целую ночь не могла найти себе места. Ворочалась с бока на бок, не найдя удобства. Морфей, похоже, решил сегодня помучить меня бессонницей.
«‒ Разве у тебя нет другого выхода? Начни её заново, со мной. Ты же говорила, что мечтаешь о семье, о доме, в котором будешь создавать уют в ожидании мужа, о спокойной жизни. Так почему бы тебе не держаться за меня?».
Схватилась за голову в которой засели его слова.
Что за бредни? Неужели, он действительно меня считает, настолько наивной дурой? А может это жалость? Если она, неужто я настолько жалкая? Воспоминания о бывшем муже и всё, что между нами было, так не задевают меня как слова Павла.
Так и не сомкнула глаз до пяти часов утра. Появилась на рабочем месте, как зомби. Тональный крем и корректор не могли скрыть мою усталость на лице. Начальник пришел с бушующим настроением, а точнее, с его отсутствием. Завалил нас с Ладой работой.
Оставив девушку в приемной, чтобы привыкала, ушла проверять работу отделов. В лифте встретила генерального директора.
Мужчина пожилого возраста, всегда приветлив, добродушен и весел, стал расспрашивать меня о новостях.
‒ Как там Павел? Он уже разобрался с итальянскими поставщиками?
‒ Да, Тимофей Романович, разобрался. На днях прибудет первая поставка. Уверена, все будет в лучшем виде. ‒ заверила я растягивающегося в улыбке мужчину.
‒ Недавно были переговоры с основными, иностранными поставщиками. Сегодня прибудет Альберт Рави, Павел Григорьевич…
‒ Рави? С чего бы?
Непонимающе уставилась на пожилого мужчину. Может запамятовал? Возраст уже.
‒ Андрей Петрович и Павел Григорьевич ведут совместный проект, вот он и приезжает.
Генеральный задумался.
‒ Андрей сам пришел?
‒ Да. Павел не сразу согласился, но все улажено. Детали я не знаю, но, волнуюсь…
Мужчина озадачено отвернулся и уставился в двери лифта. Странное предчувствие посетило меня. Скоро что-то случиться и это что-то, не очень хорошего происхождение. Мутное дело и странно, что я совсем не в курсе всех деталей.