Потому что завтра будет поздно. Я передумаю.
Личная жизнь планировалась лет через десять, когда Алина подрастёт. Мне будет сорок восемь, мама в этом возрасте только жить начала – вдарилась в гороскопы и хиромантию. А я бы в любовь. Это всего лишь планы, но разве можно противостоять такому затуманенному алкоголем и влюблённостью мужскому взгляду, каким смотрел на меня восхищённый Волька. Такому сильному крепкому телу с широкими плечам, пышущему огнём и силой.
И уши мои, не избалованной лапшой, лапшу эту и задержали, и мне хотелось быть девочкой, розовой прелестью.
Я чуть не зарыдала от счастья.
Наконец-то я нашла своё место, свою любовь и…
— Вольнов, ты чего это нас бросил? — одна из голубищ заглянула в помещение.
Он не ответил, прятал мои пальцы в своей ладони. Но я медленно вытекла из его рук.
Так, надо отрезветь и сваливать от греха подальше отсюда. Дурацкая была идея припереться на этот вечер встречи выпускников.
А сердце вдруг сказало: "давай ещё бокальчик шампанского, и мы тут всех сразим".
Так будет лучше.
Раз уж пришла.
— Вольнов! — звали его.
— Воля!
— Твои подружки, — недовольно хмыкнула, глядя на мужчину.
Что сделать, чтобы забить эту обиду? Напиться и замутить с каким-нибудь мужиком у Воли на глазах. Идейка не фонтан, но вполне жизнеспособная.
— А, эти? — весело ответил Воля, продолжая вылизывать меня взглядом. — Ты уехала, я через пару лет их трахнул, двоих сразу…
Как залепила гаду пощёчину.
Вот ведь зараза!
Отвернулась от него и вышла в зал, чтобы раствориться среди танцующих в темноте мужчин и женщин.
— Где Данка? — спросила я у одной из бывших одноклассниц. — Дана где?!
Мне не ответили. Я обеспокоенно шарила глазами по толпе, не находя долбанную Данку, которая могла вляпаться по-пьяни во что угодно. И хорошо, если это будут бывший. Плохо, если будущий.
Девчонки радостно открывали шампанское. Пригретое у груди, взболтанное, оно выстрелило в высокий потолок школьной столовки, пеной шипящей и розовой облило с ног до головы орущую женщину.
Я успела подставить пластиковый фужер к потоку и урвать себе немного шампанского. Отойдя от катастрофы в сторону, присела на свободное местечко. Сложила ножки вместе, поправила волосы.
Налакаюсь! И на речку пойду, может даже купаться.
Музыка стихала, уступая место хриплому треску из колонок:
— Девочки и мальчики.
Зал после этих слов грохнул смехом.
— Дорогие выпускники, — невозмутимо продолжил ведущий. — Замечательные наши учителя. Наша дискотека подходит к концу. Последний медленный танец должен оставить впечатление до следующей нашей встречи.
Заиграла приятная музыка из старых колонок. Это был вальс. Внезапно, ко мне из толпы вышел Вольнов.
— Ну что, моя прелесть, последний тур? — протянул руку. Улыбался широко. — Нет, Ник, не отпущу, ты ещё не повальсирована у меня.
Я откинув изящно прядь волос, поймала восхищённый взгляд Вальки. Он шире улыбнулся, рассматривая меня.
— Ты же не умеешь танцевать вальс, десантник.
— Правда. Кроме дешёвого подобия ламбады, ничего не умею, но это же неважно. Так пойдёшь?
И оглянулся на тёток, пристававших к нему.
Но на очередной всплеск ревности он меня поймать не смог, я отвернулась и продолжила спокойно пить шампанское.
Оказывается и в тридцать восемь можно так выпендриваться, а не только в восемнадцать. То есть ценность ещё имела, и бегать за мужиками пока не придётся.
Вот это спектр эмоций! За этот вечер одни остренькие любовные страсти.
А ведь любовные страсти – одно из тех чувств, которое способно перевернуть жизнь человека вверх дном, изменить восприятие мира и даже определить судьбу. Они обладают невероятной энергией, заставляя оживать и рваться к жизни с новой силой. Это состояние сложно описать словами, ведь оно включает в себя и трепет первого взгляда, и глубокое чувство привязанности, и душевную близость.
И особый кайф ощутить это в жатом, концентрированном состоянии вот буквально за один вечер встречи выпускников.
— Может, повторим тот танец? — дальше приставал ко мне Вольнов.
Приставай же! Донимай же! "Хоти меня"!
— Воля, я уже не влезу в юбку из восьмого «Б»…
Мужчина выхватил у меня почти пустой фужер, поставил его на стол, а меня, подхватил сильной рукой за талию и потащил в центр зала. Одноклассники свистели, смеялись и фоткали всё это.
Хорошо ведь, что я не замужем, а то было бы в этот вечер компромата.
****
А я упёрлась ладонью в его грудь:
— Волька, хватит уже клоунаду разводить.
Мы замерли посреди зала. Он вдруг ослабил хватку и наклонился ко мне, и прямо в ухо прошептал, загадочное и мало членораздельное: