И, конечно же, мама права: не стоит лезть сейчас в какие-то отношения.
Я и не собиралась, просто схожу на вечеринку.
Дана гремела на кухне, шуршала кофемашина.
— Кофейку у тебя выпью, уж больно вкусный.
Они тоже неплохо жили со своим Толей. Он ездил в город, работал строителем. Я даже его пару раз видела. Подрядчик наш.
Тоже имею отношение к строительству – вон планшет валялся. Я архитектор, а моё хобби – это дизайн. И то, и другое приносит мне деньги. Короче, не голодали мы с Алиной. И тянула я всё. Нахрен замуж надо было выходить?
Я тяжело вздохнула и подошла к зеркалу.
— Чего там, сильно краситься надо? — спросила у Данки.
— Не знаю, посмотри на меня!
Она с чашечкой кофе заглянула между шкафов в мою небольшую, но очень уютную спаленку, и широко улыбнулась.
Ресницы и стрелки, тонак, губки полненькие.
Я, глядя в большое зеркало, оттянула свои веки, как девчонка, покривлялась. И сама над собой посмеялась.
Стащила резинки и вытащила мягкую шину бигудей. За пару часов навила себе локоны, начала подкрашиваться.
— Видела я его. Вольку!
У самой от этих воспоминаний улыбка на губах.
— И? — без интереса отвечала Дана, копалась в своём телефоне.
— Ох, и хорош! Заверните-забираю.
— Десантником был.
— Да ты что, серьёзно?!
Блин, Ника, остановись!
Нельзя. Фу! Кака!
— Без жены приехал, — вылетело из меня.
— Он вдовец, год вроде бы, — не отрываясь от телефона, ответила мне Дана.
У меня мурашки по коже, я замёрзла, и улыбка сползла с лица.
Кто сказал, что нельзя совместить свидание , воспитание маленькой дочери и войну с бывшими мужьями?
Современная женщина должна уметь всё! Главное – не забыть зарядить телефон… и контрацептивы.
Нет-нет, нельзя! От мужиков одни неприятности. Правда, и дети бывают. Для меня, допустим, это большой бонус и плюс.
«Ну, раз вдовец» — подумала я без капли скорби по его жене.
Не знаю, мне рассказывали, что она болела сильно, и у них не очень хорошие отношения. Всю жизнь не очень хорошие отношения. Не вижу смысла в таких браках.
Одно дело ссориться и мириться, другое – всё время на ножах.
Я надела мини-юбку и коричневую блузку. Несмотря на то, что у меня серо-голубые глаза я подвела их коричневым карандашом, от чего они стали очень выразительными и шикарно сочетались с моим нарядом.
А за окном все темнее и темнее.
— Ты хоть окна закрой, — попросила Дана.
— Ладно, закрою, — согласилась с ней.
Действительно, по посёлку, несмотря на наличие богатых коттеджей, все ещё шарились банды малолетних преступников и особенно в том районе, где многоэтажки – туда выселили бараки. И там процветало пьянство.
Да везде процветало пьянство. Вон хозяин авторемонтной мастерской сказал: искать теперь не надо, где бухнуть...
Дана откровенно бухала. В мой кофе добавляла свой коньяк.
— Нефига се, — выдохнула я. — Слушай, мы же как-то шампанское собирались пить. Я готова скинуться.
— Коньяк не может мешать шампусику.
Не рискнула бы смешивать.
Поспорила бы, но девушка моя, похоже, шла отрываться по полной.
И залезла я в аптечку. Бухать иду, нужно быть наготове, презерватив должен быть в сумочке... Или два.
— Но я за любой кипиш, — закинула на плечо сумочку и вступила в туфли на каблуках.
Пригубив коньячка, пошли мы с подругой на вечер встречи выпускников в нашу старую школу. И меня там интересовал исключительно Волька. Не потому что это моя первая любовь. Это как-то и забылось. А потому что тут по посёлку ходит охрененный неженатый мужчина всех моих девичьих мечт потаённых.
****
Вечер встречи выпускников спустя двадцать четыре года. Вот лучше так, чем «четверть века». Это же страшно даже звучит, а подумать – в дрожь кидает.
Училась я в шести школах. Была сложным подростком, и меняла места обучения. Когда шла в эту школу, не надеялась, что кого-то вспомню, и меня вряд ли кто узнает.
Но всё было сложно не только для меня, даже одноклассники друг друга не узнавали.
Не все жили рядом, многие приехали издалека.
Встречаться спустя такой долгий срок – это прямо как пересматривать старый сериал: вроде бы приятно, но половину актеров не узнаешь, а сюжетные дыры заставляют нервно пить шампанское.