Ладошка Даши опустилась на крупную кисть Андрея.
– Я не знаю… – ее голос дрожал от неуверенности, – мне страшно…
Он ласково улыбнулся.
– Но чего ты боишься? Скажи мне, и я помогу тебе. Я не хочу, чтобы ты страдала.
– Я боюсь себя… боюсь перемен в жизни… боюсь новых ощущений… Не надо смеяться… Не все женщины сильные и смелые…
– И слава Богу. Если бы все женщины были сильными и смелыми, то что оставалось бы нам, мужчинам? – Андрей тоже перешел на шепот. – Мне нравится твоя беззащитность, твоя женственность. Мне нравится, что ты нуждаешься в опеке и заботе.
Даша хотела опустить голову, было невыносимо смотреть ему в глаза, но руки Андрея не позволили.
– Нет, не прячь взгляд… Мне только-только начало казаться, что ты становишься чуточку ближе…
Она подняла голову, как он и просил. Взгляд Андрея изменился. Его глаза потемнели. И, несмотря на одежду, Даша почувствовала исходивший от него жар.
Мужские руки сжали ее ладошки.
– Я хочу, чтобы страх раз и навсегда ушел из твоей жизни… Хочу видеть твою улыбку, и как можно чаще… Хочу знать, что ты счастлива… Хочу сделать тебя счастливой…
Его слова обещали сказку, обещали избавление от старого кошмара. Они были столь желанны, что казались нереальными.
Пока Даша впитывала его слова, пытаясь осознать их смысл, Андрей прошептал:
– Дай мне шанс.
И у нее закружилась голова.
Она не знала, что Андрей прочел в ее глазах, но только он приглушенно застонал и уткнулся губами в ее волосы. Его руки нежно гладили ее ладони, и Даша задрожала.
Ей не хотелось думать, что будет дальше. Она хотела снова быть счастливой.
Только и всего.
В горле пересохло. Нужно было всего одно слово, чтобы в жизни произошли перемены, и она его выдохнула:
– Да…
Андрей вздрогнул, его глаза на мгновение прищурились. А потом его лицо озарила радостная улыбка.
Он с легкостью подхватил девушку на руки, она протестующе пискнула и уткнулась лицом в его плечо.
Пока он нес ее в спальню, она наслаждалась его теплом. Его тело источало аромат мужского одеколона, и Даша, прикрыв глаза, погрузилась в этот запах. Она ощущала его силу, его тело, его мышцы. Каждое движение, каждый шаг. Слышала, как мерно бьется сердце в его груди. Это было великолепно.
Он нес ее прямиком в свою спальню. Молча толкнул ногой дверь, и та распахнулась, приглашая войти.
Андрей, не задерживаясь, прошел к кровати. Даша не видела ни его спальни, ни обстановки. Для нее весь мир сосредоточился на этом мужчине.
Тело девушки коснулось прохладных простыней, и дыхание перехватило. Даша замерла. Тело больше не принадлежало ей, оно стало жить другой жизнью, неподвластной разуму. И дневному свету.
Андрей неподвижно застыл около ее ног. В глубине души Даша боялась банальности: холодного методичного раздевания, коротких, примитивных ласк, быстрого проникновения. Разочарование было бы слишком сильно.
Но где-то в глубине души она знала, что ошибается. Глаза Андрея подсказывали, что ее худшим подозрениям не суждено подтвердиться.
Какое-то время он молча любовался Дашей.
Такой покорной.
Трепещущей.
И на его кровати.
Дарье было приятно знать, что он любуется ею, что его взгляд ловит малейшее ее движение, малейшее ее изменение.
И она ждала.
Когда кровать жалобно скрипнула под тяжестью его тела, Даша вытянулась и закинула руки назад.
– Я не хочу, чтобы ты потом о чем-то сожалела, – прошептал Андрей, наклоняясь над Дашей.
– Я не буду, – пообещала она.
Дашу поразила нежность, звучавшая в голосе Андрея. Сомнения, которые продолжали терзать ее израненную душу, окончательно исчезли. Этот мужчина подарит ей наслаждение. Она не сомневалась.
Андрей ласково улыбнулся:
– Ты самая желанная, самая нежная… Даже не представляешь, что я чувствую сейчас…
Даша хрипло рассмеялась.
– Ты играешь со мной? – спросила она.
– Нет, – он покачал головой и серьезно добавил: – Я бы не посмел…
Она снова засмеялась и прикрыла глаза.
Андрей легонько провел по вытянутым рукам девушки и почувствовал, как под его пальцами они дрогнули. Его поражало, с какой готовностью и жадностью Даша реагировала на его прикосновения. Ее страсть завораживала. И ему приходилось контролировать свои эмоции. Андрей боялся напугать Дашу силой своего желания. А сила его желания была огромна. Он боялся ненароком вспугнуть девушку, боялся, что сейчас она откроет глаза – и он увидит в них страх. И ему будет невыносимо больно знать, что этот страх вызвал он…
Он хотел дарить ей только нежность.