— Не понимаю.
— Каждый листок на дереве жизни распускается после рождения меларина, но стоит его сорвать простому смертному, как меларин погибнет, а его бессмертие можно забрать.
— И что она сделала?
— Наложила проклятие, ведьмаки стали бессмертными, как и хотели, но при этом были вынуждены постоянно испытывать жуткий холод и голод. Она заточила их в этом месте. «Пока первый листок сам не упадет», — так сказала богиня, превращая их в фантомов. Вчера ночью этот листок сам появился передо мной, и я понял, что время проклятия прошло.
— Это знак смерти одного из погибших вчера меларинов?
— Нет, их лепестки были не первыми, но боюсь не последними. Мой подданный погиб совсем недавно в Неберии.
— Мне жаль…
— Кстати, именно с момента проклятия ведьмаки перестали рождаться, это тоже стало частью наказания.
Сол поднялся, держа меня на руках.
— Ну, хватит на сегодня грустных историй. Думаю, что расслабляющая ванна перед сном тебе не повредит.
Мне хотелось возразить и еще о многом расспросить его, но лишь в первое мгновенье, потому что противиться этому мужчине я была не в силах.
Сол
На рассвете я тихо поднялся с постели и вышел из шатра.
Фантомы стали медленно собираться, пока не остановились недалеко от меня. Меларины встали за спиной полукругом.
— Сначала клятва, — произнес я.
— Клянемся служить королю меларинов и хранить верность, — прозвучало множество голосов, и тут же взлетело несколько десятков красных огней.
— Принимаю.
Выпущенная мной зеленая вспышка врезалась в красные и, поглотив их, исчезла.
— Твоя очередь…повелитель.
Стоило лишь подумать о нем, как листок тут же появился, медленно кружа передо мной. Я сразу почувствовал, как напряглись другие меларины, которые еще не знали о гибели Элана, но поняли это по исходящей магии от сверкающего листочка.
— Я, правитель Лесарии, именем Богини Жизни дарую вам прощение и снимаю наложенное проклятие.
Листок засветился ярче, стал быстро увеличиваться и подниматься все выше, пока все это не обрушилось на фантомов, полностью закрывая от нас. Огромный вихрь закружился, а потом распался на десятки поменьше, после чего стал успокаиваться и, в конце концов, растаял, оставив после себя растерянных мужчин.
— Теперь вы свободны от проклятия, — сказал я бывшим фантомам, — но не от клятвы. Помните это.
Ведьмак, что выступал от имени остальных, приблизился ко мне и поклонился.
— Мы чтим клятвы и никогда не предадим тебя, — торжественно произнес он, — но лишь прошу об одном.
— О чем же?
— Позволь отомстить предавшим нас ведьмам. Именно они соблазнили нас своими речами о возможном бессмертии, скрыв страшные последствия, которые могут произойти, а затем предупредили меларинов.
— Все это случилось тысячелетие назад, и те ведьмы давно мертвы.
— Зато есть другие.
— Вы получили по заслугам за свое преступление. Ведьмы вас не опаивали, не накладывали чары, вы обдуманно пытались совершить коварное злодеяние против нас, — злость охватила меня. — Поэтому я запрещаю всем ведьмакам применять магию и другие средства против них. Вы пересечете с нами горный перевал и останетесь жить в долине на границе с Лесарией в ожидание моего дальнейшего распоряжения.
Было видно как недоволен ведьмак, но ему ничего не оставалось, как согласно кивнуть.
Глава 27
Замок короля Неберии
Темар стоял у окна и задумчиво разглядывал снующих по двору слуг.
Сегодня ему предстоял очень важный разговор, от которого зависела не только его дальнейшая судьба, но и будущее всех жителей Неберии.
Специально созданный для него браслет для перемещения был доставлен с первыми лучами солнца, новый мастер постарался на славу.
Вчера были казнены три работника лаборатории. После мучительных пыток, на которых Темар присутствовал лично, они были сожжены заживо. Но даже такая страшная участь казалась королю слишком мягкой за то преступление, которое совершили эти негодяи.
Упустить ведьму, и не просто какую-то, а королеву Морелии. Лишить его не только серьезного заложника в предстоящей войне, но и приятной возможности убить ее лично.
Король отвернулся от окна и подошел к столу, где лежало золотое украшение. Теперь похожее есть у ведьмы.
Ничего, сначала разберусь с королем меларинов, а потом займусь Морелией. Без поддержки этого наглеца Арвид не способен на серьезное сопротивление.
Темар одел браслет.
Пора.
— Замок короля Гроса, — произнес он и тут же оказался в просторном зале, окруженный вооруженными людьми с направленными на него мечами. — Милианцы всегда славились гостеприимством, — усмехнулся Темар.
— А колдуны неожиданными визитами, — громко раздался, низкий голос.
Стражники расступились, и король Неберии увидел сидящего на троне, стоящего на возвышении, мужчину средних лет, могучего телосложения с ярко рыжими волосами и бородой.
— Прошу прощения, если не вовремя, но ты не ответил на мое послание, поэтому я решил рискнуть и явиться лично.
— Напрасный труд.
— Даже не выслушаешь?
— Зачем, я и так все знаю, ты явился просить помощи. Угадал?
— Не совсем, скорее предложить сотрудничество.
— Дай-ка подумать, — Грос сделал вид, что задумался, — пожалуй, я откажусь.
— Дай мне, наконец, сказать, тупая гора мышц! — не выдержал Темар и тут же помог его защитный амулет, останавливая летящий в него кинжал.
Конечно, он сильно рисковал, артефакт мог не сработать, зато произведенный эффект стоил того.
— Как ты это сделал?! — вскочил с трона король мелианцев. — Наши кинжалы способны пробить любую защиту!
— Как видишь, — усмехнулся Темар, — уже нет. Итак, может, поговорим о деле? И, желательно наедине, если, конечно не боишься.
Грос махнул рукой стражникам и те, убрав оружие, быстро покинули зал.
— Ну, говори.
— Я знаю о вашей застаревшей вражде с меларинами и хочу предложить помощь.
— Меларинов не победить, мы давно оставили попытки добраться до Лесарии.
— Твои оружейники делают самое смертоносное оружие, а воины не уступают им в мастерстве.
— Да, но мастерство не спасает от удара молнией или силы огня.
— Ты уже видел в действии мой защитный амулет, так вот, он оберегает не только от мелианских кинжалов. Я готов снабдить твоих воинов ими и не только. В последнее время колдунам удалось усовершенствовать множество артефактов и изобрести новые, способные не просто ранить, а убить меларина.
— И они уже испытаны на деле?
— Да.
— Какой результат?
— Пару дней назад было совершено нападение на отряд из десяти меларинов, троих удалось убить.
— Где именно?
— В Морелии.
Грос недоверчиво уставился на колдуна.
— Если ты не врешь, то получается, твои подданные напали на отряд, где находился их король. Только не говори, что один из убитых он, — рассмеялся мелианец.
— Король действительно был, но он слишком занят защитой своей ведьмы.
— Какой еще ведьмой?
— Разве ты не знал, что принцесса Теана — ведьма, и на днях она стала королевой Лесарии. Твои шпионы никуда не годятся.
— Значит, защитные амулеты спасают даже от магии самого короля меларинов? — не обращая внимания на колкие комментарии Темара, спросил Грос.
— К сожалению, нет, он по-прежнему не уязвим и не победим в бою, именно поэтому я здесь.
— Чего ты хочешь?
— Лунный меч.
— Да ты с ума сошел, — рассмеялся мелианец, — чародеи никогда не отдадут его.
— О, разумеется, не отдадут, — согласно кивнул Темар, разглядывая доспехи, висевшие на стене, — потому что у них его нет. Я знаю, что любовница старшего принца опоила его и выкрала меч…для тебя.
— У тебя нет доказательств, — зло процедил Грос.
— Они мне не нужны, достаточно просто намекнуть королю чародеев, где находится реликвия их рода, — улыбнулся колдун. — Но не волнуйся, это вовсе не входит в мои планы. Этим мечом ты убьешь правителя Лесарии.
— Не уверен, что даже он на это способен.
— Будет способен, у меня имеется средство для увеличения его силы.
— Интересно, что за средства такие?
— Я не раскрываю свои секреты. Даю тебе время до завтра обдумать мое предложение, и если согласишься, то прибуду вместе с помощниками, чтобы обговорить условия и заключить с тобой соглашение.
— А если откажусь?
— Тогда послезавтра жди армию чародеев, — усмехнулся Темар.
Взгляд мелианца зажегся ненавистью.
Колдун дотронулся до браслета.
— Домой.
Мгновение и Темар оказался в своей комнате, расположенной в башне замка. Он осторожно снял магическое украшение и устало опустился в кресло. Разговор дался ему не так легко, как могло показаться.
Теперь оставалось только ждать.