Мы вышли в широкий холл, устланный дорогим ковролином, и я посмотрела на Иэна.
— И что делают в Лас-Вегасе по утрам?
— Завтракают и отключаются до вечера, — улыбнулся Иэн, закидывая руку на мое плечо. — Можешь поплавать, но в закрытом бассейне. Ты не должна выглядеть загоревшей завтра на съемках. Мжешь сходить в арт-галерею. Но все же лучше отдохнуть, чтобы вечером опять быть в форме. Мы не спали сутки.
В закрытый бассейн идти не хотелось, в арт-галерею тоже, а в словах Сомерса был резон — нужно было отдохнуть. Я направилась с Иэном к лифтам, но спать совершенно не хотелось, и, как только мы очутились в номере, и Иэн заказал завтрак, мне вспомнилась встреча с Кирком.
— Слушай, пока будем завтракать, включи мне “Игрока”… - произнесла я, и Иэн усмехнулся:
— Может, дома?
— Самое то сейчас! Где, как не в Вегасе, смотреть фильм о покерном гении, — возразила я, и уже через тридцать минут мы с Иэном, с мокрыми волосами после душа, сидели на удобном диване, скрестив ноги по-турецки, ели руками изыски французской высокой кухни и смотрели фильм.
Внимательно наблюдая за происходящим на экране, я совершенно не узнавала в этом тощем, застенчивом, неряшливом “юнце”, как называли Ангера, Сомерса. Повадки, походка и даже жесты — все это говорило о полном перевоплощении.
Я посмотрела на Иэна, желая сравнить его настоящего и того, экранного, и наткнулась на его взгляд. Казалось, он не смотрел фильм, а наблюдал за мной.
— Ты как хамелеон, — усмехнулась я. — Даже страшновато…
— Почему? — поинтересовался Сомерс. Он уже прикончил свой завтрак и сейчас лежал рядом, подперев рукой голову, и смотрел на меня.
— Я не знаю, какой ты настоящий…
— Сейчас я настоящий, — пожал он плечами, и вновь усмехнулся.
— Почему ты смеешься? — я облизнула паштет с пальца.
— Интересная реакция на мою игру, — в его зеленых глазах мелькнула непонятная мне эмоция, а я вновь перевела взгляд на экран.
Ангер сквозь свои круглые синие очки смотрел на игрока. Он словно видел его карты.
— Интересный поединок, — тихо проговорил Иэн, бросая взгляд на экран. — Будучи новичком, он уже тогда легко обыгрывал профи в игры, за которыми те проводили всю жизнь.
— Сколько ты готовился к роли? — я вновь перевела на него взгляд.
— Почти год, — ответил Сомерс.
— И за этот год ты научился играть в покер.
— Да. Как Ангер.
— Так же агрессивно… — добавила я.
— Агрессивный стиль Стю давал ему большое преимущество. На этой игре он выдавливал соперников из крупных банков и к концу дня удвоил свой стек. А на финальный стол вышел большим чиплидером. Несмотря на то, что за столом было немало профи, Стю доминировал весь матч.
— Гений. В своем деле.
— В том числе…. - ответил он. — Многие объясняли феномен Ангера талантом, но дело было не только в нем. Стю имел феноменальную память. И даже кокс, который он употребял больше сахара, не был преградой. Однажды он поспорил на сто тысяч, что, поочередно открывая карты в стопке из шести колод, назовет последнюю карту. И точно угадал десятку бубен. Для него не составляло труда держать в уме все карты, которые выходили из игры.
— Так вот почему тебя забанили в казино за блекджеком! — воскликнула я, сложив два плюс два.
— Есть такое, — усмехнулся Иэн. — Я был “счетчиком”, чтобы натаскать игральную память.
— И для этого ты ездил в Лас-Вегас.
— Не всегда. В Беверли-Хиллс есть пара подпольных клубов строго для актеров, бизнесменов и бывших чемпионов с лудоманией. Через пару месяцев со мной никто не хотел играть. И я переключился на Вегас.
— Также как и с Ангером, — я кивнула в сторону экрана.
— Стю не упускал из виду ничего, подмечая каждую мелочь в игре и в поведении противника. Все это складывалось в понимание, когда соперник блефует, а когда имеет хорошие карты. Умение Стю читать оппонента было настолько ошеломляющим, что многие говорили “играть с ним — это все равно, что держать карты раскрытыми”.
— Зачем он играл?
— Удовлетворить жажду азарта, — пожал Иэн плечами, и я кивнула.
— Мне показалось, что за столом ты был Стю Ангером.
— Мы там были вместе с ним, — усмехнулся Сомерс.
— И он помог тебе выиграть.
— Да, — кивнул Сомерс.
Я вновь бросила взгляд на экран, где герой нюхал кокаин.
— И кокаин ты тоже начал употреблять для роли? — предположила я очевидное.
— Нет, — усмехнулся Сомерс. — Когда достигаешь определенного уровня, становится скучно.
— Даже не могу себе этого представить, — усмехнулась я.
— И не надо, — произнес он.
— В любом случае сегодня увижу, как борются со скукой.