— Чего тебе не хватает, чтобы переключиться окончательно? — спросил он, и я нервно усмехнулась.
— Ты задаешь неудобные вопросы…
— Главное, правильные… — Сомерс продолжал внимательно смотреть на меня.
Опустив взгляд, я пыталась ответить на этот вопрос прежде всего себе. У меня было всё, чтобы радоваться жизни. Любимая хорошо оплачиваемая работа. Интересный проект. Творческие перспективы. Несмотря на то, что я жила у Сомерса, меня не напрягали наше соседство и фиктивность отношений. Напротив. В партнерстве с Иэном мне было комфортно — мы понимали друг друга с полуслова. После встречи с Нолоном, я его отрустила, но при всех плюсах своей жизни, я не чувствовала равновесия.
Я подняла взгляд на Иэна и попыталась сформулировать ответ.
— Я не могу прокрутить фуэте.
— Прокрутить фуэте?
— Да. Это быстрые туры на одном месте, — начала пояснять я, и Сомерс кивнул, давая понять, что он спрашивал не об этом.
— Ты их делала в конце своего цветочного выступления.
— Да, именно, — улыбнулась я и продолжила: — Для оборота в 360 градусов телу необходим толчок. Нужно брать форс. Сильным взмахом руки и работающей ноги давать корпусу направление…
— И тебе не хватает этого форса… — подхватил Иэн.
— Скорее не его, а зрительной точки, — произнесла я и, видя в глазах Иэна вопрос, пояснила: — Балерина, начиная делать фуэте, должна выбрать зрительную точку и фиксировать взгляд на ней. В противном случае у нее закружится голова, и она потеряет равновесие.
— То есть, ты не видишь перспектив?
— Нет. Их я вижу, — замотала я головой. — Работа помогает, но все же… она не дает внутреннего баланса. Мне нужна фиксированная точка. А я вижу только рассеянную пустоту и теряю равновесие. Возможно, я еще не научилась как следует крутить фуэте и находить в работе недостающую зрительную точку, — усмехнулась я, и в зале повисла тишина.
Сомерс внимательно рассматривал мое лицо.
— Дело не в работе… — покачал он головой и внезапно добавил: — Этой зрительной точкой был Андерсон.
Я вспомнила свое выступление на цветочной вечеринке и не стала лгать.
— Да. Был…
Сомерс на это ничего не ответил, а уже через полчаса мы разбрелись по своим спальням, договорившись встретиться в гостиной в шесть вечера.
Я открыла глаза и, обведя взглядом спальню, встала и направилась на террасу, откуда и началось мое приключение по имени Лас-Вегас.
Сейчас, рассматривая город грехов в дневном свете, я его не узнавала. Без неоновых огней, лишившись своего ночного блеска, он казался прозаичным и немного приземленным. Как новогодняя елка, на которой выключили гирлянды. Внезапно в небе показался вертолет, и я усмехнулась, а воспоминания вновь отбросили меня во вчерашний день.
Часы показывали без пяти шесть, я стояла на террасе в ожидании Сомерса и наблюдала за вечерним городом, который никогда не спал. Вегас, как и прежде, блистал своими огнями, а я почему-то вновь испытывала волнение и, теребя шелковую ткань платья от “Versace”, никак не могла понять своего состояния.
— О чем думаешь? — послышался голос Сомерса у самого уха, и от неожиданности я вздрогнула.
— Не услышала, как ты зашел…
— Так о чем думаешь? — вновь повторил он свой вопрос.
— Настраиваюсь на перезагрузку, — нервно усмехнулась я, поворачиваясь к Иэну.
Однако он не торопился тащить меня на вечеринку, а продолжал стоять и внимательно рассматривать мое лицо.
— Я буду твоей зрительной точкой, — внезапно произнес он, и я, понимая, что он возвращается к нашему утреннему разговору, внимательно посмотрела на него, пытаясь понять, зачем он мне это предлагает. Ответ лежал на поверхности.
С момента, как мы сошлись, прошло почти два месяца. Он исправно выполнял роль заботливого бойфренда и выполнял ее идеально. Я не знала, была ли у него женщина на стороне, никогда этим не интересовалась, и сейчас, скорее всего, ему, как молодому здоровому мужчине, привыкшему к постоянному сексу, не хватало физического контакта.
— Я понимаю. Ты в щекотливой ситуации. Но я не буду с тобой спать, только потому что сейчас играю роль твоей девушки в жизни и…
— Мне есть, кого трахать, — перебил меня Иэн, и его зеленые глаза недовольно заблестели. — Я не страдаю от спермотоксикоза или недостатка женского внимания. И это не проститутки.
Я продолжала внимательно изучать его лицо, и у меня не было повода не верить его словам. Он обладал полным набором качеств, которые нравились женщинам — умен, красив, талантлив, богат. Не без своих заморочек, но у кого их нет.
— Тогда я не понимаю, что ты мне предлагаешь…