Казалось бы, ну чего проще — прими предложение и иди вперед. Тем более, Андерсон не склонял к сексу и дал полную свободу действий. Он сам сказал, что для него это ничего не стоило. Но все же после ситуации с Гонконгом я никак не могла избавиться от чувства зависимости, от осознания того, каким образом я осталась в Штатах. Если бы не заинтересованность Нолона во мне, как в девушке, с которой он хотел бы заняться сесксом, то он бы и пальцем не пошевелил, чтобы меня взяли на работу. Это осознание висело над головой дамокловым мечом и мешало с легкостью принять такое заманчивое предложение.
Ночью несколько раз я выходила вниз, чтобы чего-нибудь попить, но это был лишь предлог. Мне и моему ветру, который продолжал кружить вихрем, было тесно в комнате. Ему нужен был простор для принятия решения, и я, обходя по периметру большой зал первого этажа, чувствовала, будто дом и его электронные обитатели наблюдали за мной со стороны, с любопытством ожидая моего решения.
Два раза я хватала телефон и порывалась позвонить в Питер сестре, но каждый раз отказывалась от этой идеи. Во-первых, родные не знали и не могли знать всей правды, а, во-вторых, и это, пожалуй было главным, решение я должна была принять сама, не опираясь на чье бы то ни было мнение.
Где-то в коридоре послышались шаги Нолона, и я, потянувшись к смарту, обнаружила, что уже начало одиннадцатого.
— И мне пора вставать, — вздохнула я и, слыша жужжание в коридоре, улыбнулась. Как только хозяин этого высокотехнологичного теремка проснулся — ожил и весь дом.
Внезапно где-то у входа послышался тихий скрежет, и я быстро встала с постели. Накинув халат, я направилась на шум, уже зная его причину.
Открыв дверь, я улыбнулась — так и есть, у порога стоял кот, вернее, робокот, которого звали Саймон, и внимательно смотрел на меня. Он был гораздо миниатюрнее, чем Шафти, внешне его напоминал — черный корпус и четыре подвижные ноги, но его туловище было немного рельефнее. Андерсон назвал его роботом следующего поколения. Здесь просматривались не только забавный хвост и шея, но и небольшая голова, где мерцали зеленые экраны-глаза.
— Хочешь ко мне в комнату? — тихо спросила я, а он, увидев открытую дверь, медленной походкой зашел внутрь, не удостоив меня ответом. Собственно, как и положено всякому коту, который считал всё и вся вокруг принадлежащим ему.
Закрыв за ним дверь, я поправила халат — в свое время Нолон предупредил, что в его создания встроены камеры, которые он периодически мониторил, и рекомендовал ходить одетой в их присутствии. Особенно перед Саймоном, одной из функций которого был ресечинг.
Кот, которого я втайне иногда называла Бегемотом по причине его черного корпуса и размера, сначала прошелся по периметру моей комнаты, а затем, продолжая издавать жужжащие звуки, запрыгнул на кровать и посмотрел на меня.
Внимательно изучая его повадки и заостренную мордочку, я застыла, в очередной раз поражаясь гению Нолона — удивительно, как у него получилось такое создание. В зеленых экранах-глазах Саймона мерцала мысль, и его, как и Шафта, нельзя было назвать неживым.
Исследовав мою кровать, Саймон посчитал, что его дело здесь сделано, и, спрыгнув, направился к боковой двери, ведшей на узкую террасу.
— Ты прав, свежий воздух не помешает, — улыбнулась я и, накинув теплую кофту, вышла вслед за Саймоном. Бодрящий зимний воздух моментально укутал меня утренней прохладой, и я, поежившись, прошла к стеклянным перилам.
Где-то в деревьях мелькнуло яркое пятно цвета индиго, и я в первую секунду испугалась. Однако, приглядевшись, увидела бегущего человека. Нолон в одних спортивных шортах и с голым торсом целеустремленно направлялся в сторону деревьев. Андерсона нельзя было назвать слишком накаченным. Высокий, пластичный, длинноногий, он напоминал олимпийского бегуна. Не хватало только факела.
Нолон тренировался не каждый день, но с периодичностью три раза в неделю. И, вопреки стереотипу утренний занятий, его тренировки могли проходить и днем, и вечером. В общем, как я поняла, когда он считал нужным, или когда он на это выделял время.
— Ну что, пока Нолон бегает, пойдем в спортзал… Уж если согласилась выходить на подиум, стоит позаботиться о хореографии. Комнаты будет недостаточно… — я посмотрела на Саймона. Он не возражал, и я в очередной раз поразилась, насколько творения Андерсона были совершенны.
Приняв это решение, я зашла в спальню и, подхватив спортивные леггинсы и футболку, устремилась в небольшую ванную комнату.