— Работа прежде всего, — опять прошептала я и уже планировала нырнуть за кулисы, где мелькала Хлоя, когда меня окликнул метрдотель. Как оказалось, на ресепшн прибыла очередная партия опоздавших гостей, и, слава богу, мы не распределили их столик между желающими приобрести билеты.
Решив не дергать Киру, я вместе с Хлоей понеслась ко входу, по дороге мы зацепили Миранду и втроем вылетели к ресепшену встречать очередную VIP-делегацию, которая прилетела из Эл-Эй.
Через две минуты мы шумной компанией направились к банкетному залу, где раздавалось очередное “продано джентльмену за двадцатым столиком”, когда, неподалеку от зала, я увидела Нолона. Он стоял у стеклянной витрины рядом с креслом, разговаривал по телефону, и я машинально замедлила ход — нам не предоставилась возможность переброситься даже парой слов, а мне было что ему сказать. Наедине. Подальше от посторонних глаз.
Увидев меня, он улыбнулся, дав кивком знак подождать его, а Миранда, видимо, отметив нашу “стрельбу глазами”, тихо шепнула на ухо “мы сами разберемся” и повела гостей в зал, оставляя меня позади.
Я не настаивала и была благодарна ей за понимание — рассадить гостей можно было и в четыре руки, и, наблюдая, как Нолон завершает разговор, остановилась рядом с ним.
— Похудела. Слишком много репетируешь… — отметил он, внимательно рассматривая мой силуэт, перехваченный шелковым корсетом. — Но тебе идет.
— Без этого никак… — улыбнулась я и, наблюдая, как Нолон подходит ко мне, тихо спросила: — Как твой проект “Чип и Дейл”?
— Успешно завершен, — ответил он, и я кивнула. У меня был порыв позвонить ему или Лео и поинтересоваться, как идут дела, но я посчитала лишним напоминать о себе.
— Я в этом не сомневалась, — улыбнулась я и, на секунду задумавшись о том, стоит ли говорить, все же продолжила: — Я знала, что у твоего появления здесь есть какая-то причина. Иначе бы ты не приехал.
— Расстроена? — он не стал возражать. Напротив, с любопытством посмотрел на меня.
— Нет. Я не питаю иллюзий на твой счет. Но… рада, что у тебя появилась эта причина приехать сегодня на этот вечер.
— Как я и говорил, — кивнул он, но я, не поняв его фразу, вопросительно посмотрела на него.
— Ты не из тех, кому нужен стандартный пакет информации.
Я улыбнулась, цитируя его же слова.
— “Что нужно девушке? Окружить заботой, вниманием, не забывать про ревность, защиту и страсть. Включить сюда элемент ответственности. В зависимости от объекта — можно, напротив, добавить холодности, неприступности, но в конечном итоге уступить. Дать ощущение значимости легко…”
— У тебя хорошая память, — улыбнулся он.
— Профессиональное… — подтвердила я и добавила: — Но твое присутствие помогает. Это плохо?
— Это нормально. Ты не зацикливаешься на прошлом. Идешь вперед. И несмотря на то, что я не предоставил тебе ни одного из вышеперечисленных пунктов, ты вывела меня из френдзоны, — произнес он, и я улыбнулась.
— Есть какие-нибудь пункты, которые не учтены?
Нолон на секунду задумался и растянул губы в ироничной улыбке.
— Пункты “смертельная опасность” или “авария” тоже действенны. Но со мной этого не случится, — улыбнулся он, и я кивнула, понимая, что он имел в виду.
— Смягчающие обстоятельства, как я это называю, — произнесла я и, вновь на секунду задумавшись, спросила: — А если бы я зациклилась на прошлом?
— Я бы тебя сейчас не остановил, и этот разговор не состоялся бы, — ответил он, и я, сняв гарнитуру, подняла взгляд на него.
Голубые глаза Нолона, как и прежде, лучились холодным голубым светом с оттенком индиго, но мне было тепло. Его самодостаточность, его цельность, сила его разума согревали меня. Давали мне импульс. Он был прав — я уже никогда не захочу стандартных пресных отношений.
Мы стояли совсем близко друг к другу. Так близко, как тогда, когда летели связанные вниз. Где-то неподалеку раздавались голоса, звучала музыка, звонил телефон, шумела жизнь, а я замерла, не в состоянии пошевелиться. Вновь чувствуя Контакт. Как тогда, когда мы летели вниз на бешеной скорости, как тогда, когда мы зависли над вечностью, являясь связующим звеном между Небом и Землей.
Здесь, рядом с Нолоном, время остановилось. Здесь царила Тишина. Затаенная. Как водная гладь, которой мы вместе касались ладонями. Как затишье перед бурей. Как предчувствие чего-то значимого. Чего-то неизбежного. Как… Как предчувствие любви.
Осознав этот момент, я улыбнулась, вспоминая стихотворение Симонова. Не думаю, что оно подходило самодостаточному Нолону, но точно передавало мои ощущения.