Она повернула голову и обнаружила, что окно открыто. Занавески колыхались от легкого ветерка. Она почувствовала прохладное дуновение ветерка на своей вспотевшей коже.
Она подтянула ноги к груди и обхватила их. Она почувствовала, как ее липкие и теплые бедра упираются в ее мокрую от выступившего пота грудь.
Ее твердые соски причиняли боль, так как были прижаты к груди. Она положила подбородок на колени.
Несколько раз глубоко вдохнув, она постаралась успокоиться.
Просто сон. Просто чертов сон.
Чувство облегчения, нахлынувшее на нее, было огромным.
Оно сняло боль и озноб, позволило расслабить мышцы. Затем она услышала храп рядом с собой. Она задержала дыхание. Она слегка повернула голову и посмотрела на кровать рядом с собой. В полумраке тусклого лунного света, проникающего из окна, она увидела Клейтона. Он лежал на спине, его вялый член свисал набок. Его грудь медленно поднималась вместе с тихим журчащим храпом.
Это был не сон.
Она проснулась посреди ночи, объятая паническим страхом, от нахлынувших на нее воспоминаний.
Опустив лицо в ложбинку между своих ног, Тереза заплакала.
Глава 16
Эми открыла глаза. Потолок в комнате был ярко освещен солнечным светом. Ее глазам было нестерпимо больно смотреть на него. Прикрыв веки, она начала поворачиваться.
И упала.
Падение было коротким. Она грохнулась на пол.
Ее рука ударилась о что-то твердое. Прижимаясь щекой к полу, она застонала, упираясь всем телом в ковер. Ее груди, придавленные к полу, больно давили на грудную клетку.
Подняв колено, она ударилась о твердый предмет, тот же, что и ее рука. Сначала она подумала, что это Джаггер, но потом поняла, что предмет слишком твердый.
На нем не было никакой приятной на ощупь мягкой кожи. Она осторожно вытянула руку и нащупала дерево.
Теперь она совсем растерялась. Что лежало у ее кровати?
Я на полу.
Ладно... тогда что находилось в ее комнате?
Открыв глаза, она увидела рядом с собой размытые очертания журнального столика.
Еще больше смутившись, она почувствовала в мышцах ощущение вялости, которое бывает по утрам после похмелья.
Я пила прошлой ночью?
Да, - вспомнила она. - С Марком. С полицейским.
С полицейским!
Она в одно мгновение все вспомнила.
Джаггера здесь не было. Его не было дома. Когда она вернулась домой, его не оказалось дома.
Она почувствовала, что внутри нее возникла тягучая пустота, от которой ее сердце как будто втягивается в желудок. Она почувствовала ужасные спазмы в животе.
Эми вскочила на ноги и выбежала в коридор. Пошатываясь, она направилась в ванную, натыкаясь на стены и отталкиваясь от них.
Она распахнула дверь, опустилась на колени перед унитазом, и ее вырвало. Затхлая, с неприятным пивным запахом блевотина хлынула в воду. Ее тело напряглось, ноги задрожали, и она извергла из себя еще одну порцию блевотины. Ее тело продолжало вздыматься, но больше из горла ничего не вытекло.
Только пиво. Вчера вечером у нее в желудке было только пиво. Неудивительно, что оно так сильно подействовало на нее. Неудивительно, что сегодня утром ее тошнило.
Эми еще немного постояла на коленях, а когда решила, что ее организм больше не будет ее наказывать, она села на пол. Линолеум приятно обдавал холодом ее ноги. Взявшись руками за фарфоровый унитаз, она прислонила свое лицо к его холодной гладкой поверхности. На разгоряченной коже ощущение холода было приятным, почти успокаивающим.
Ее лоб был напряженным и слегка влажным, как будто она хмурилась всю ночь. Пульсация в голове отдавалась болью в шее. Было ощущение, что подступает мигрень. Ей нужно выпить аспирин, пока не стало хуже.
Нужно что-нибудь съесть.
При мысли о еде ее желудок издал шипящий булькающий звук.
Пусть только хлеб, но ей нужно что-то съесть, чтобы унять чувство голода в желудке.
Она не могла точно сказать, сколько времени оставалась в жалких объятиях с унитазом, когда наконец заставила себя подняться с пола. Она подошла к ванне и села на ее бортик.
Эми открыла кран и повернула регулятор в положение "горячая вода", настолько, насколько, по ее мнению, она могла выдержать. Затем она повернула рычаг смесителя.
Вода из крана перестала течь, и сверху хлынули струящиеся брызги. От холодных капель, попавших на ее кожу, она вздрогнула, как будто ее кусали крошечные зубки.
Сидя на бортике ванны, она оглянулась. Она оставила дверь в ванную открытой. Обычно ей приходилось закрывать дверь.