– Как страшно, – выдохнула Сату.
Тогда Джалар решилась наконец спросить о том, что тревожило ее даже больше чужаков.
– Ты все еще боишься меня?
На глазах Сату опять выступили слезы. Она обняла Джалар, сказала торопливо:
– Не знаю, что на меня нашло тогда, Джар. Тоже какое-то помутнение, что ли… Прости и знай: ты для меня… вот как наше озеро, как горы, как лес. Я, может, и не думаю о тебе каждую минуту, но всегда знаю, что ты у меня есть и я могу прийти к тебе – всегда. Как к озеру и к горе. Так и я пусть буду для тебя – озером и лесом, горой. Хорошо?
Джалар кивнула, сама готовая расплакаться. Сату начала убирать со стола грязную посуду, но бросила, села напротив.
Джалар всматривалась в лицо подруги, находя в нем что-то новое, открытое и приобретенное уже здесь, в Доме Лося. Пришла в голову мысль, и она поняла, что спросить такое может только у Сату. Джалар тут же стало неловко, будто ее поймали за подглядыванием, она покраснела, опустила глаза.
– Эй, ты чего? – Сату протянула ей через стол руку.
– Ничего.
– Не ври, я тебя знаю. Ну, говори!
– А как… как оно происходит… ну, когда замуж выходишь и… ну, с мужем…
Сату улыбнулась, спокойно и тепло, и Джалар сразу успокоилась, приготовилась слушать.
– Да как-то само собой, – сказала Сату. – Целуешься, целуешься, а потом уже и все остальное. Знаешь, будто Явь тебя ведет, будто знаешь и всегда знала, что надо делать. Да ты поймешь сама, когда время придет!
Джалар вздохнула, раскрыла ладонь, выбрала из всех бусин чуду и положила на стол. Сату ахнула:
– Кто?
– Эркен.
– Ух! – в голосе Сату послышалась будто бы даже зависть. Ну, уж восхищение точно. – Когда же он… Ты ничего не говорила!
– Уже после свадьбы вашей, – вздохнула Джалар и рассказала.
– И ты взяла? Ой, прости, глупая я, конечно, взяла. Ты его любишь?
Джалар пожала плечами, отвела глаза.
– Джар…
– Он очень мне нравится, правда. Он добрый, умный, он очень милый и так поет! Его все уважают, и дом его будет богат…
– И ты его не любишь.
– Нет. Но я обещала Яви. И я сдержу обещание.
Сату покусала губу.
– Слушай, Джар…
– Я знаю, знаю, Сату! Трудно жить с тем, кого не любишь. Но ведь он мне не противен, не Лэгжин ведь, и он любит меня, по-настоящему любит, я чувствую. И может, со временем я…
– Да я не о том, – перебила Сату. – Ты никогда не замечала, что Мон… ну, что она в него влюблена?
Ответить Джалар не успела. Дверь распахнулась, и в доме сразу стало тесно – пришел Аюр.
Он шумно обрадовался, обнял Джалар так, что у той косточки затрещали, ни слова не сказал, что она нарушила обычай, до Норзена к молодым явилась. И пришлось Джалар все рассказывать снова.
– А ведь и правда, – пробормотал Аюр, запуская пятерню в волосы. – Пока ты не сказала, я как-то и не думал, но с самого Саол-гона никто из Рысей у нас не был. И в поселке на торгах мы их не видели. Старики говорили что-то, но я не сильно вслушивался…
Он притянул к себе Сату, посадил на колени. Джалар стало неловко, и она попросилась спать.
– Я тебе сегодня на сеновале постелю, ладно? Домик-то совсем маленький у нас. А потом что-нибудь придумаем, – сказала Сату.
Джалар вспомнила свою пещерку на пустом острове и засмеялась.
Рубашка в камышах
С каждым днем становилось все холоднее. Пришел Норзен, и Сату с Аюром поехали в Дом Рыси, но с полпути вернулись обратно: озеро Самал будто взбесилось, швыряло их лодку от берега к берегу, насилу выгребли. Сату еще несколько дней после этого даже смотреть на воду не могла – так испугалась. Джалар расстроилась: она надеялась не только узнать, ушли ли чужаки, но и передать весточку родителям, что с ней все в порядке.
– Ничего, – сказал Аюр. – Вот последний раз в этом круге отведу коров на пастбище и схожу к Рысям.
Джалар радовалась, что живет у Сату и Аюра, в тепле и ест каждый день. Она взяла на себя всю работу по дому, тем более что Сату чувствовала себя неважно, все время хотела спать, жаловалась на головокружение и тошноту. Джалар волновалась за нее, даже уговорила сходить вместе к родовому камню Лосей – невысокой скале на берегу тихого лесного озера. Сату нехотя согласилась, но взяла с собой свежих сливок и щедро окропила ими камень, что-то шепча и пряча улыбку.
Джалар тоже прижалась к камню, попросила здоровья для Сату, мира ее дому, но больше не знала, о чем попросить Лося. Мысли путались в голове, мешали друг другу. Джалар вздохнула и просто погладила ржаво-желтый от лишайников камень. Сату улыбнулась ей, и они пошли домой. Вообще, Джалар старалась не ходить по деревне, чувствовала, что чем меньше народу знает о ней, тем лучше, но специально не пряталась. Если кто-то добрый доберется до Дома Рыси и расскажет, что она здесь, то хоть родители будут за нее спокойны. Начались дожди, но Аюр все равно ушел на пастбища, чтобы дать коровам нагуляться до снегов.