Подбежав к месту происшествия, пенджабец схватился за леску почти у самой воды и попытался потянуть за неё. Однако она выскальзывала из рук.
Понимая, что нужно срочно освободить мальчуганов от боли, пенджабец резким движением захватил леску на правый локоть и затем, перенеся всё натяжение на себя, пропустил её через плечо и спину к левой руке. Чтобы не свалить ребят, пришлось самому присесть. Только теперь, почувствовав облегчение, дети поняли, как им было больно. Но сейчас было не до боли. Пенджабец не давал времени на размышление.
— Эй, паренек, — закричал он, — я тоже так долго не удержу. Скорей зацепи свой конец лески за повод верблюда, да завяжи покрепче. И не бойся, он у меня смирный.
Иршад сбросил с Али единственное помогшее им кольцо лески, размотал оставшийся кусок и его как раз хватило, чтобы дотянуться до подошедшего не так близко верблюда.
Пенджабец крикнул и послушное животное, вытянув морду, беспрестанно шевеля нижней губой, опустилось сначала на передние колени, затем на задние и, наконец, совсем легло, что позволило Иршаду легко и быстро обкрутить леску несколько раз вокруг кожаного ремня и завязать её на несколько узлов.
На это ушло не больше минуты. Рыба продолжала биться, описывая. круги, но не приближаясь к берегу. Пенджабец стал осторожно отпускать леску, позволяя ей, двигаясь, впиваться ему в кожу, которая впрочем, очевидно, была привычной ко многому. Наконец леска потянула повод верблюда и подняла ещё выше и без того поднятую морду. Теперь и бородатому помощнику можно было облегченно выпрямиться. Верблюд, не понимая в чем дело, дергал головой в такт движениям рыбы. Но хозяин был уже рядом, взялся за ремень и приказал животному встать.
— Иди! Иди! — командовал он, направляя верблюда в гору и не позволяя леске ослабеть ни на мгновение.
Неторопливо переставляя ноги, верблюд медленно, спокойно потащил рыбу к берегу, куда уже собрались ещё мужчины, привлеченные необычным зрелищем. И, конечно, они не были просто зрителями. Все активно обсуждали, что делать. Многие знали, что такое красная рыба на берегу. Да ещё и выйдет ли она на берег, скорее порвет леску, как только начнет выходить из воды. По оценке издали, она была не меньше метра. Нужен был подсак.
Иршад сказал, что у них только сеть. Решили попробовать её. Два молодых парня, примчавшиеся с другой стороны разлива, где они тоже ловили рыбу, но не так успешно, взялись за сеть и вошли в воду в том месте, к которому приближалась почувствовавшая уверенную силу и потому уже не так бьющаяся рыба.
Пенджабец вывел верблюда на дорогу и то ли последний его толчок, несамортизированный рукой владельца, то ли тот факт, что рыба почувствовала приближение последних минут её жизни, но, оказавшись у берега на мелководье, она резко подпрыгнула и, буквально в воздухе, леска была перекушена или просто не выдержала рывка, и оборванный конец её легко полетел в сторону, а гибкое тело снова свободной рыбы плюхнулось в родную стихию.
И всё же это не было победой. Два парня упали рядом, накрыв её сетью, но не совсем удачно, оставив открытым часть хвоста. Однако путь в глубину был перекрыт наглухо сетью и телами парней. Мощные удары хвоста развернули рыбу и заставили её выпрыгнуть на берег, но лишь на секунду. Инстинкт подсказывал точное направление. Парни тоже оказались проворными. Азарт заставлял действовать быстро и чётко. Следующий прыжок опять застал рыбу в растянутой в воздухе сети и она, отпружинив, полетела ещё дальше от воды.
Через мгновение сеть настигла её здесь, и судьба была решена. В руке Иршада уже оказался найденный где-то кирпич. Утихомирить бьющуюся на песке громадину можно было только сильными ударами по голове.
Завернутую в сеть, её везли на верблюде, а мальчики бежали впереди, показывая дорогу. Тут только Али вспомнил мучавший его вопрос. Догнав товарища, он спросил:
— Иршад, а не может быть, что эта рыба и есть Аллах? Ведь он может быть кем угодно.
Иршад даже остановился от неожиданности.
— Да ты что? — изумился он. — Что же мы Аллаха на крючок ловили?
— Но ведь он сам его нам подарил.
— Конечно, однако он заговорил бы с нами. Да и зачем ему тогда вырываться? Нет, если бы это был аллах, его бы никто не поймал. Он всемогущий.
— Правда, — согласился Али. — Ну, как я его узнаю, если увижу? — огорченно продолжал мальчуган. — Ведь он где-то совсем рядом, раз видит всё, что мы делаем. Мне так хочется поговорить с ним.