Мама ходила за дочерью, безуспешно пробуя вставить хоть слово в нескончаемую тираду слов и песен Настеньки, подбирая разбрасываемые ею весело вещи, и, наконец, всё-таки сообщила, что телефон разрывается от звонков Насте. Всем она срочно понадобилась. Звонила Наташа, просила сообщить о приезде в первую очередь ей. Потом Вика. Звонил из КГБ какой-то лейтенант, но он перезвонит сам. Музей ждет, не дождётся звонка Насти. Звонил кто-то из министерства иностранных дел и тоже обещал перезвонить. А совсем только что спрашивал по телефону Миша.
— Ты что-нибудь натворила или собираешься стать кинозвездой? — спросила мама в заключение и тут же побежала на кухню, по привычке не дожидаясь ответа.
Настенька не могла ничего ответить, так как сама не понимала, почему, будучи в командировке, она вдруг всем понадобилась. На коленях у деда лежала статья, которую он только начал читать. В глаза бросился заголовок «Звонок КГБ — всё шито-крыто». Подумала: «Опять глупость какая-то». Но тут дедушка удивлённо поднял брови и, раздумывая, спросил:
— Настенька, не о том ли это Вадиме пишут? Тут, правда, фамилия Демьянов, но тоже учился в вашем институте и тоже убит был во время драки в университете?
— Где? — Настенька подлетела вихрем к деду и, на ходу бросив «Извини», вырвала статью из рук, скоро глянула по строчкам и помчалась в свою комнату, в которой, впрочем, была теперь и Вера.
Там Настенька снова расплакалась, воссоздав в памяти злополучное Рождество, которое, как она поняла, как раз и описывалось в статье. Но, немного успокоившись на груди у Веры, которая, ни о чём не спрашивая, прижала к себе голову сестры и, почти убаюкивая, как маленькую, приговаривала:
— Чшш, чшш, малышка, ну не надо плакать. Ты же у меня умненькая.
— Ничего я не умненькая, Верунчик, — пробормотала сквозь слёзы Настенька. — Такая оказалась глупая, что, может, и умру скоро.
— Тьфу ты! — рассердилась Вера. — Типун тебе на язык.
— Лучше бы уж типун, чем такое.
И Настенька стала рассказывать впервые у себя дома родной сестре всё, что с нею произошло за то время, пока Веры не было в Москве.
Мама и бабушка заглядывали в комнату, приоткрывая дверь, чтобы позвать дочерей ужинать, но старшая дочь выразительно сердито махала рукой, прося не мешать разговору. Она сама готова была зареветь и с трудом сдерживалась, говоря:
— И зачем только я уехала? Чёрт бы с нею с этой загранкой. Но, Настенька, не всё, может быть, так страшно. Вообще, почему ты решила, что сама убила Вадима? Что в статье так написано? Дай почитаю.
Настенька отдала статью и, утирая слёзы, прокомментировала:
— Но то, что в ней написано — это сплошная чушь. Никаких студентов там не было и в помине. Это же аспирантское общежитие. И нас было всего шестеро. Никто не дрался. И КГБ совершенно не при чём. Что за выдумки?
В комнату решительно вошла бабушка.
— А ну-к, хватит секретничать. Настенька тебя Наташа к телефону просит.
С этого момента события стали раскручиваться и мелькать с калейдоскопической скоростью.
За Наташей, рассказавшей вкратце о приходе Поварова с каким-то парнем, раздался звонок Олега Викторовича, который попросил о встрече назавтра.
Ему свидание с Настенькой было крайне необходимо. С самого утра полковник вызвал в свой кабинет, сунул в руки статью Аликберова и, приказав сесть и читать, сам стал расхаживать длинными шагами по кабинету, возмущённо выговаривая:
— Что это там за умник выискался? Кто такой Аликберов? Кто ему позволил писать всякую белиберду о нас? Что за убийство? Кто в него вмешивался?
Вы в курсе дела, товарищ лейтенант? Какое мы имеем отношение к этому делу?
Из управления уже спрашивали. Скандал самый настоящий. Что ни день, то новый. Кому это надо, чёрт возьми?
— Разрешите ответить, товарищ полковник? — спросил Поваров, откладывая прочитанную быстро статью.
— Да, конечно, я жду.
— По вашему заданию я расследовал только вопрос о СПИДЕ. Мне говорили об убийстве в драке, но оно, как я понимаю, к нашему вопросу не имеет отношения. Девушку, которая была с иностранцем там, в университете, я нашёл.
Сегодня она приезжает из командировки, и мы встретимся. А кто занимался делом об убийстве, я не знаю.