Шёл как-то поздно ночью по набережной то ли со свидания, то ли ещё откуда-то. Я ещё не женатым был, молодым. Останавливает меня пожилой мужчина. Сели на скамеечке поговорить. Его интересовало кто я, да почему так поздно. Видимо он в милиции работал. Долго говорили на разные темы. Говорили и зачем живём на земле, и что плохого и хорошего в жизни, кто в чём виноват. Мило так побеседовали, и пошёл я спать. Ничего особенного не случилось, а помню я этот ночной разговор, помню, что хотелось человеку не просто остановить меня от нечего делать, а обеспокоен он был и судьбой города, чтоб не оказался я вором, причинившем кому-то вред, и потом моей собственной, посоветовав не ходить так поздно и не быть слишком резким в суждениях.
А недавно была другая встреча. Вижу небольшой кружок людей вокруг одного проповедника. Подошёл и слушаю его. Он объясняет собравшимся, что надо верить в бога и как бог любит людей. Стал я задавать ему вопросы и такой у нас состоялся диалог, который все внимательно слушали:
— Скажите, — спрашиваю, — как вы думаете, бог всемогущ?
— Да. Он всё может.
— Он добр?
— Да, конечно. Он всех любит.
— Тогда почему он позволяет людям страдать?
— Он даёт человеку выбор. Человек сам должен решить, что он хочет: быть праведником на земле или преступником. Потом ему всё воздастся за хорошее и за грехи.
— А вы видели кого-нибудь, кто бы хотел страдать? Вы знаете когонибудь, кто хотел бы, чтобы его убили, ограбили или изнасиловали? Разве человек сам выбирает себе тяжёлую судьбу, чтобы потом на небесах быть в раю?
Горе ему приносят насильно. Почему же бог не остановит убийства, если он всё может? Почему он не вложит в голову каждого только добрые мысли, если это ему ничего не стоит? Тогда бы все жили счастливо здесь на земле, а не только в раю после смерти. Сказать, почему он этого не делает?
— Ну почему же?
— Да потому только, что его нет вовсе. Вот почему люди на земле должны сами решать, как бороться с несчастьями, как воспитывать людей хорошими, а не бандитами, люди сами должны создавать свою судьбу, а не уповать на несуществующего бога.
Некоторые люди из кружка слушателей пытались остановить меня, но проповедник думал, что сможет сам меня положить на лопатки своей философией и прерывал их. Однако после этих слов он спросил:
— А вы кто по профессии?
— Не стал я говорить, что работаю переводчиком и редактором, а ответил просто:
— Журналист.
— Тогда понятно.
Ушёл я довольный тем, что хоть как-то смог воспрепятствовать запихиванию в мозги людей чепухи. Часто вспоминаю обе эти встречи на набережной, только первую с удовольствием, а вторую с удивлением: никогда прежде не могли позволить какому-то типу говорить на набережной людям всё, что взбредёт в голову. Не знаю, может это и называется демократией, когда кто что хочет, то и делает, но мне такая постановка вопроса не нравится.
Пришёл мне сейчас на ум один интересный английский анекдот по поводу демократии. Капиталистическая страна Великобритания. Там, казалось бы, самая что ни на и есть их демократия. Но вот что они сами о себе говорят.
В Лондоне есть одно место, где люди приходят поговорить и отвести душу в беседе с друзьями. Тут разрешается вслух поливать грязью и ругать кого угодно. Однако есть маленький запрет — нельзя критиковать королеву.
И вот один оратор начал вдруг говорить во всеуслышанье: «Королева дура. Королева дура».
К нему немедленно подходит полицейский, кладёт на плечо руку и приказывает пройти в участок.
— В чём дело? — спрашивает удивлённо оратор.
— Вы оскорбили честь королевы.
— Так я не о нашей королеве говорил. Я имел в виду датскую.
— Э, нет, — ответил полицейский. — Если дура, то это наша. Пройдёмте.
Смешно, не так ли? Но вот и у них демократия не полная всё-таки. На самом деле, конечно, настоящей демократии практически нигде нет и быть пока не может, так как любое государство есть аппарат насилия, защищающий силой свои устои, свои правила жизни. Когда все жители государства будут воспитаны в едином духе и будут счастливы, живя по единым законам, тогда государство, как аппарат насилия просто отпадёт. Но это теория. Я в неё верю, хотя осуществление очень далеко, тем более что сейчас, мне думается, мы поворачиваем в обратную сторону.
— Евгений Николаевич, — послышался сзади голос Володи, — может, и мы сейчас повернём назад? Откровенно говоря, уже есть хочется. Где ты нас собираешься потчевать сегодня?