– То есть, шантаж?
– Да. Ещё вариант, они внедрят человека в моё близкое окружение для нахождения наиболее быстрого варианта для того, чтобы склонить меня к сотрудничеству.
Змей кивнул, потом взглянул на Макса:
– Людей убивать действительно приходилось?
– Конечно. Я же военный наёмный убийца.
– Сильные стороны, какая дальность?
– Винтовка. Снайпер. Дальность семьсот метров стабильно. Рекорд километр шестьсот двадцать метров. Стоящая фигура.
– Ещё?
– Пистолет-автомат, ближний бой, предпочитаю тихие убийства, замаскированные под несчастные случаи. Там, поскользнулся, упал, гроб.
– Хорошо. Значит, сработаетесь с Кайлом. Капитан Лонштейн, вы работаете в случае появления работы в паре со мной. Идёте прикрывающим звеном, потому что наша работа – огневая атака по всем направлениям. Максим, ваша задача присмотреться к сотрудникам русского патруля. На свежий взгляд что-то может стать очевидным, чего не замечаем мы сами.
– Да, и ещё, Макс, – Эми поднялась со своего места, взглянув на часы. – Добрый совет, держись подальше от Феи. Лена очень любит молоденьких, особенно, когда они выглядят так наивно и так чудесно, как ты.
– Спасибо, профессор, учту.
– Капитан, ещё трое.
– Да, не назвала, сейчас. Фёдорова Инга – четвёртая. Ещё двое из состава Гюрзы и Прохожих. Тот человек, который во главе всех этих тайных операций, считает, что Дон Диего Сервантес – жив, точно так же, как жив и Антуан Монтесье. Эти двое также в списке предполагаемых убийств.
– Не думаю, что криминальный гений Прохожих так легко попадётся этому человеку, – заметил Кайл.
– Я не думаю, – ответила Эми тихо, – что граф Монтесье вообще знал о том, что за его организацией не только присматривал кто-то со стороны, но ещё и использовал их группировку для того, чтобы решать свои личные вопросы. Подполковник, я могу идти?
– Идите, капитан.
Эми вышла в приёмную, взглянула на своего нового напарника, сидящего на мягком диване с чашечкой чая.
– Пойдёмте, я покажу вам новый кабинет.
– У вас русских странный язык. Почему вы говорите мне вы?
– Можем перейти на «ты», – ответила девушка, проходя мимо Лан, сидящей как мышка. Потом остановилась, смерила взглядом секретаря и попросила мягко: – сегодня должны будут прийти мои документы. Позвоните мне сразу же, как только прибудет курьер. Да. В качестве небольшой подсказки, если документы приходят не общей почтой, а курьером – то получить их может только тот сотрудник, кому они адресованы. Если вы попробуете получить эти документы, не имея разовой доверенности, заверенной актуальным числом, то вы попадете в сферу интереса главка. Удачного дня.
Лан побледнела ещё сильнее и кивнула. Оперативница её безотчётно пугала. По коридору час назад шла полумертвая женщина, которая ненавидела весь мир, а вместе с ним и себя. А сейчас перед ней стояла смертельная стремительная акула, которой было попросту всё равно, кого именно сожрать в угоду своему голоду.
Эммануэль двинулась по коридору, а когда дверь кабинета, который предстояло теперь делить с Серхио, за ним закрылась, девушка повернулась к нему.
Вздёрнула насмешливо бровь и припечатала:
– У вас отличный талант к изображению из себя деревенского увальня, граф Монтесье. Но должна сказать, что ваш акцент ужасен. Переигрываете, Антуан, переигрываете.
Глава 3. По следам генерала Власова
Стекло с улицы дрогнуло от порыва ветра, по подоконнику застучали звонко крупные капли дождя, и поблек свет. Под потолком тут же загорелись электрические лампы, разгоняющие сумерки.
Человек, появившийся в патруле под именем Серхио Бьянки, на самом деле был графом Антуаном Монтесье. Криминальным гением, однажды создавшим самую лучшую и самую неуловимую в историю банду воров – Прохожих. Дело его жизни однажды стало его тяготить, и тогда он решил, что станет графом.
Как только он покинул организацию, Прохожие немного подождали, поменяли руководство и переквалифицировались в террористов, попали в поле зрение русского патруля, и дальнейший итог был не только плачевен, но ещё и закономерен. Русские были въедливыми, а ещё очень опасными противниками. Чтобы не пострадать и не разрушить всё созданное, их лучше было оценивать очень, очень точно, а Гюрза недооценила, за что в результате и поплатилась.
– Но как?! – вздохнул граф, не став даже возмущаться. – Леди, как вы меня раскусили? – исчез и жуткий акцент, и сам мужчина выпрямился, словно вернувшись в старую шкуру. Идеальная осанка, великолепные аристократические манеры. Если не знать, что этот человек был чаще по обратную сторону от закона, можно было бы решить, что он – аристократ потомственный, по рождению и по воспитанию, а не по собственному на то желанию.