– Русский патруль? – не поверил сам Серхио в то, что сказал.
– Верно. Сектор работы с экономическими преступлениями. Виталий Андреевич, он же Карыч, и Инна Аркадьевна, она же – Русалка. Эти двое имеют за плечами по два высших образования в экономической сфере, они с лёгкостью раскручивают любые дела. А я с ними выбиралась на задания, наверное, трижды. Только перед тем, как допустить меня до работы и до подозреваемых, они нагрузили меня учебной литературой и велели всё выучить.
– И?
– Я прочитала эти талмуды. Я прочла и запомнила всё, что они решили мне дать. Я запомнила все формулы, все выкладки, я выучила наизусть то, что было написано мелким шрифтом, и чего я не очень понимала, из-за того, что никогда не сталкивалась с этим в реальности. Всё это было очень интересно. Мне было только шестнадцать, меня перекидывали из сектора в сектор, чтобы понять, где приложение моих знаний и умений будет наилучшим. И я начала как раз с сектора Карыча и Русалки.
– Долго ты продержалась у них? – заинтересовался Серхио.
– Те самые три дела, после которых они показали мне на дверь и сказали, что не хотят ощущать собственную неполноценность.
– Неожиданный поворот сюжета!
Эми засмеялась, заполняя первую строку.
– А я вообще для патруля оказалась очень неожиданным сюрпризом. Явилась девочка-подросток, в плане человеческих эмоций страх отсутствует, разочарование от неудач – тоже; то, что известно любому человеку – зависть, раздражение, ненависть – всё это прошло мимо меня. Зато я была любопытна, как кошка; не терпела, когда меня куда-то не пускали или называли мелкой, а ещё, самое неприятное, была жутко мстительна.
– Это так понимать, что те, что вызвали твоё неудовольствие – об этом пожалеют?
– Если успеют, – честно сказала Эми. – Как-то так получилось, что моя мстительность носит немного чересчур разрушающий характер. И тот, на кого я обратила своё внимание, именно с мстительным оттенком, почему-то всегда плохо заканчивает.
– Как насчёт исключений?
– Ещё ни разу не было.
– А сделать такое? – предложил Серхио.
– Исключение для кого-то? Не-а! Не хочу. Я даже одного человека, который меня обидел, прощать не собираюсь. Безусловно, я буду деликатна, может быть, даже спокойно отнесусь к его доводам для такого поведения, но, – хрупкий кулак сжался, и мужчина подумал почему-то, что получить такой удар – это не самое приятное дело. – Не прощу.
– Наверняка этот человек раскаивается.
– А меня это не волнует и не интересует. И, Серхио, если ты не вернёшься за свой стол и будешь продолжать мешаться мне здесь и сейчас… Ну, ты понял.
– Ухожу, ухожу, – ухмыльнулся напарник, перепрыгивая в мерцании за соседний стол, потом поднял голову: – Эми, объясни всё-таки, что ты хочешь увидеть в этих таблицах? Я понял, что мы ищем момент, когда человек изменился, но как ты собираешься это увидеть в матрице?
– М, сложно объяснить, проще показать. Смотри, – пробежав пальцами по появившейся на столе лазерной клавиатуре, Эми вывела несколько диаграмм и сводную матрицу. От обилия цифр, букв и пиктограмм, при этом непонятно что характеризующих, у Серхио закружилась голова.
Как в этом можно было разобраться, он, вот честно, совершенно не понимал.
– Как бы так объяснить, – Эми прикусила косточку пальца, – чтобы было понятнее, с учётом твоего образования.
– А оно здесь каким боком?
– Если ты будешь гуманитарию объяснять дифференциальные уравнения из математического анализа, он тебя поймёт?
– Нет!
– А если ты будешь объяснять линейную алгебру физику?
– Придётся подумать о том, какие привести примеры из смежной области.
– Здесь то же самое. Это математическая модель поведенческих и эмоциональных реакций. Например, смотри. Компьютер, голосовой ввод, сектор А-2, – подчиняясь приказу, в воздухе увеличился указанный сектор. – Это погода, мы смотрим, насколько человек зависим от погодных проявлений. У нас есть видеозаписи, и я просматривала их. Именно старые кассеты с видеокамер, которые хранятся по пару десятилетий, ты мне и привёз. Где-то нам повезло, и сохранились именно нужные знания. Где-то, увы, но одним словом, у нас есть самый разный статистический материал для анализа. Это сектор дождевых явлений. А-1 солнце, А-2 дождь, А-3 ветер, А-4 холод. Если смотреть на эту прямую линию, становится понятно, что дождь человек этот не любит. Вот попросту не любит. Он всегда одевался в такие дни теплее, выглядел не очень хорошо, злился без причины. А теперь представь, что во время анализа мы видим, что этот «Власов» выходит на улицу без зонта и при этом ощущает себя просто великолепно. О чём это говорит?