Макс усмехнулся, потянул её к себе, шепнул на ухо:
– А я совершенно неправильный рыцарь и прекрасную деву никакому дракону не отдам. Если она согласится подарить мне танец.
– С удовольствием, – кивнула девочка, вкладывая ладонь в руку Максима.
И спустя мгновение мягкие переливы дунайского вальса подхватили и повлекли пару за собой…
Вечер закончился рано и вместе с тем очень поздно. И Рашель, и Максиму не хотелось расставаться. Между ними была не такая уж и большая разница. Рашель знала и умела куда больше, чем её ровесницы, ей с ними было не то чтобы скучно, но не очень комфортно. А Макс из-за своей работы многое пропускал и наверстывать приходилось урывками. У них были схожие интересы, и, в конце концов, очень похожий взгляд на некоторые вещи.
Но раут был закончен. Гости разошлись. Переместившись из центра Москвы до вишневого комплекса, до самого дома Максим и Рашель шли пешком.
Вокруг шумели вишни, жёлтые листья покачивались, и то и дело срывались в воздух, пока ещё только десятками, но и до золотого листопада было недалеко.
Как истинный рыцарь, Макс набросил свой пиджак на хрупкие плечики Рашель. Они шли вместе молча, не хотелось разговаривать, хотелось эту ночь разделить в молчании на двоих.
Узкий серп луны то и дело прятался за налетающие клочковатые тучи. По-осеннему яркие звёзды низко нависали над землёй, но желания дотянуться до них не было.
По дорожке задорно отстукивали ритм каблучки.
Воздух пах осенью и почему-то яблоками и корицей.
– Максим, – Рашель повернулась, взметнулся золотистый подол, девочка вопросительно взглянула в глаза своего спутника. – А о чём ты мечтаешь?
Парень только головой покачал. Такие вопросы! Кто бы мог подумать, что она спросит именно это. Хотя, к этому всё и шло. Её взгляд, их разговоры. У него была мечта, совершенно немужская и не военная. Вырваться из круга смертей. Стать обычным человеком, которому не надо заботиться о чужих жизнях, свидетелях, убийцах.
Не серой массой, не планктоном, кем-то достаточно высоко, чтобы можно было заниматься любимым делом. Но… сначала нужно его найти.
Только разве скажешь такое девочке?
Макс улыбнулся, открыл перед ней дверь:
– Мы пришли, Рашель. Отложим этот разговор на другой раз?
Девочка, проходя в тёплый с улицы холл, кивнула.
Раз отложить – значит, другой раз обязательно будет! А это того стоит. И провожают её сразу до квартиры! А значит, она ещё немного может побыть принцессой в сказке.
К сожалению, сказки обладают свойством заканчиваться. Иногда даже быстрее, чем ожидается. Максим думал о том, что сейчас проводит прекрасную деву до дома и отправится на работу. У него был заказ.
Рашель думала о том, что завтра будет вставать долго и тяжело, но вечер того стоил.
Только вечер ещё не закончился. Девочка уже шла к идентификационной панели, чтобы открыть квартиру, когда Макс рванул её на себя, причиняя невольно боль, но времени церемониться не было.
Шестеро.
Двое вышли из открывшейся изнутри двери. Двое поднялись по лестнице снизу и двое же спустились сверху.
Максим ожидал, что Рашель вскрикнет, заплачет, но девочка рядом с ним осталась совершенно спокойна. Видела хуже? Маленькие девочки не должны превращаться в маленьких солдат.
Один из тех, кто вышел из двери, подошёл ближе, остановился около Рашель и… присел перед ней на одно колено:
– Меня зовут Арсьен, миледи Монтесье. Я один из тех, кто был тщательно законспирированным оперативником Гюрзы. Один из ядовитых клыков, который до сих пор не вырвали. Мы не верим в то, что ваш отец умер, но мы знаем, что так просто до него не добраться. Ваша смерть, миледи, станет ему посланием. Вы станете нашим проводником к нему. А поскольку не хотелось бы причинять боль столь прекрасной юной девушке как вы, пожалуйста, не сопротивляйтесь. И вашего спутника, как и вашу женщину-опекуна… – скользнул Арсьен рассеянным взглядом по Максу. – Мы не тронем. Молодой человек, будьте благоразумны и стойте там, где стоите.
Рука Рашель, которую Максим нашёл и осторожно сжал, чуть дрогнула. Девочка боялась, что он от неё откажется. Что сейчас правильный рыцарь спасует перед разбойниками.
А потом она словно ещё раз услышала: «Увы, я неправильный рыцарь».
Выражение лица Максима изменилось.
Ещё мгновение назад рядом с очаровательной юной графиней стоял такой же аристократический воспитанник, знающий, что в мире всё может принадлежать ему, всё, на что упадёт его взгляд. Раздолбай, лентяй, прожигатель жизни и ценитель бомонда.
Ситуация изменилась для «разбойников» мгновенно.