Эми потерянно смотрела огромными, перепуганными глазами на то, что было в письме. Всего несколько слов, сказавшие ей так много и так мало одновременно.
«Я тебя продал».
Глава 25. Рычаг давления
В себя Эми пришла от резкого запаха нашатыря. Перепуганный Змей нависал над ней с бутыльком.
– Что это было? Что с тобой так неожиданно случилось? – потребовал он ответа. – И, Эми, ты не выйдешь отсюда, пока все мне не объяснишь.
– Мне нужен адвокат?
– Скорее, он будет нужен мне, после того, как я тебя убью!
– Ого. Это я тебя до такого довела?!
– Это я до того волнуюсь. Хватит. Объясняй, что все это значит.
– Что значит, что значит, – заюлила ожидаемо девушка и мгновенно замолчала под взглядом Змея. Он действительно был на грани срыва. – Змей... Это правда... – сказать, что ничего страшного не случилось, Эми уже не смогла. Подавленно замолчала.
Мужской взгляд стал поощряющим.
– Хорошо, хорошо, поняла! Я все скажу!
– Я слушаю.
– Я оставила канал связи, экстренной связи с Власовым. Он мог на него написать, в течение ста двадцати часов. Почта, после прихода сообщения, мгновенно стиралась, не оставляя следов.
– Так...
– Сообщение звучит, как «Я тебя продал».
– Это не повод...
– Продать меня Власов мог одному-единственному человеку. Сатане.
– Как бы они встретились?
– Власов в Триаде. Сатана, судя по моим аналитическим выкладкам – там же. И это сообщение можно трактовать единственно возможным образом. Новое лицо Сатаны мы угадали неправильно.
Змей схватился за голову.
Оперативница показала ему тут же язык.
– Не играл бы в шпионов на пустом месте, знал бы все это раньше!
– Эми....
– Да-да, лежачего не бьют, а ты не лежачий, ты ещё даже не раскаялся.
Мужчина страдальчески промолчал, Эми снова взглянула на наладонник.
– Вся работа насмарку... Получается, что все те, кого мы определили, невинны в конкретно этом вопросе... И отсев надо делать куда глубже. Сложно.
– Ты – справишься.
– Если мне дадут на это время. Или, если получится, собрать толковую команду.
– Время? – уточнил Змей.
– Сатана теперь сделает все, чтобы заполучить такой рычаг давления, как я.
– В патруль тебе хода, значит, нет.
– Точно. Компанию помощников буду собирать другим путем, и, – по губам Эми скользнула усмешка, полная собственного превосходства. – Ты не в деле.
– Почему-то я и не сомневался в этом...
– Ты же умный. Я напишу, – пообещала Эми и мгновенно пропала.
Начальник русского патруля посидел за столом ещё немного, допил кофе, а потом набрал номер, который знал наизусть.
– Привет, это я. Да, как слышишь, ещё пока живой. Да. Да. Мне нужна твоя помощь. Большая? А это как посмотреть...
...Один из немногих русских ресторанов в Тихоокеанском регионе популярностью пользовался, но только среди своих. Цены «Лебедушки» были такие, что впору хвататься за кошелек, в отчетливом нежелании расставаться со своими, кровно нажитыми средствами.
Это надежно отсекало всех гостей со слабыми кошельками. Те, кто здесь постоянно отдыхал, о деньгах не задумывался, считая их в большей своей части простыми бумажками.
Сегодня ресторан вообще был полностью зарезервирован. За дальним столиком сидел мужчина с очаровательной девушкой. Третьим рядом с ними явно был осведомитель, судя по тому, как он торопливо отчитывался, то и дело подглядывая в свои документы.
Ещё двое, присутствующие в зале, были русскими. Хозяин ресторана, сам родившийся в славной России, мог определить это с первого взгляда. Так же, как и то, что лучше от этих двоих держаться подальше, особенно, если быть настолько невезучим, что знать русский язык.
– Валентин Алексеевич, вот скажите, – Власов качал в руках бокал с вином, проглядывая сквозь светлый янтарь на собеседника. – А чего вы так Борисова ненавидите? Вряд ли только за то, что он уничтожил плату с редким экспериментом?
Сатана, неохотно потягивая бурбон из низкого стакана, посмотрел на собеседника сквозь стёкла тоненьких очков.
– Аркадий Петрович, вы сидите здесь так спокойно, так равнодушно, но ведь пару часов назад вы просто продали ни в чём не повинную девчонку вашему же врагу.
– Валентин Алексеевич, друг мой, – Власов лучился спокойным удовольствием и практически счастьем. – Давай начистоту. Вы мне не враг. Шкуру своего врага я получил, и мне ещё только предстоит приступить к разделыванию этого подарка. Вы враг русского патруля. Особенно, этой самой глазастенькой Эммануэль. Мне же лично вы вообще ничего не сделали, а частью патруля я никогда не был. Военным же, ну, да, вы пару раз помешали, но не до такой степени, чтобы Я задался вопросом, что с вами делать.