- Не возражала нисколько, - вежливо сообщила Эми. – Я сделаю чаю?
- Конечно, эта лаборатория на ближайшие дни и недели – ваш дом.
- И, пожалуйста, на «ты». Вы меня на столько старше, что такое вежливое обращение кажется издёвкой, впрочем… - остановившись на полушаге, Эммануэль пожала плечами. - Не кажется. Вы намеренно вкладываете издёвку в свои слова. Не имею ничего против, если вам так проще, но всё же не уверена, что я это отношение каким-либо образом заслужила. То, что я родилась в такой семье, с такими способностями – не мой выбор. Если веруете в силу… которая противопоставляется материи, можете винить её. Итак, если мы на этом закончили…
- Только начали, … капитан Лонштейн.
Если профессор надеялся пробить защиту нежданной ассистентки, то он очень разочаровался. Выдержка явившейся из неоткуда девчонки была такова, что рухни перед ней метеорит – и взглядом бы не повела.
Размешав в чашке чай, Эми поставила её перед профессором:
- Чёрный чай с бергамотом, пол-ложки сахара, пакетик сливок. На чём мы остановились? И… вы можете, конечно, называть меня и капитаном. То, что я перешла на военную кафедру и решила преподавать, не лишило меня звания. Но, тем не менее, мне бы не хотелось создавать излишнего ажиотажа на ровном месте.
Профессор Дашко хмыкнул:
- Это отражено в моем личном деле?
- Не имею ни малейшего понятия. Я его не читала. Вы же не стали читать личные дела своих возможных ассистентов? А я вот не читаю личные дела тех, кто не является преступником. Напомню, я больше не являюсь сотрудником русского патруля. Я не обманула вас ни в едином слове, профессор, я действительно с сентября буду преподавать на соседней с вами кафедре. Пока вы займётесь теорией и будете учить студентов пользоваться физико-математическим аппаратом, я буду учить ребят практике джампа и работе с нанотехнологиями. Всё просто.
- Не кажется.
- Я не хочу с вами спорить. Если вы мне не доверяете, я однозначно не могу вам ничего навязать. Получится сработать за эти два месяца? Отлично. Потом мы будем работать вместе на соседних кафедрах, пока вы не найдёте для себя новый бриллиант. Вы же ради этого возвращаетесь в МДгУ? – Эми устроилась обратно за свою конторку с кружкой кофе. – Знаете, профессор, я немного утомилась кому-то что-то доказывать. Не хочу делать этого снова и снова. Поэтому давайте откровенно. Вам не нравится, что ваш ассистент ушёл, хотя вы сделали всё, чтобы он нашёл себя, свой путь и начал идти к тому, чтобы стать выдающимся учёным. При этом вы немного злитесь. Немного расстроены. Не завидуете нисколько, что заставляет меня только восхищаться вами ещё больше, - сделав глоток терпкого напитка с шоколадными нотками, Эми блаженно зажмурилась. Всё же хороший кофе – истинная нега. Когда она открыла глаза, профессор отставил в сторону и свой чай, и какой-то приборчик, горящий сейчас алым глазком.
- Капитан. Что. Вы. Здесь. Делаете?
- Никакого криминала, никакой работы. Никаких преступников, - покривила Эми душой. – У меня есть личный интерес. И есть личный вопрос к вам. Но я не стану задавать его с наскока. Я задам его только в том случае, если вы попробуете узнать меня настоящую. А не судить с плеча, как вы сделали, только взглянув на мою фамилию. Попробуем заново?
- Не сейчас, Эммануэль. Для начала, давайте, действительно, попробуем взглянуть, что вы собой представляете.
Эми усмехнулась.
- Что ж, почему бы и нет.
Это не было объявлением войны (ещё чего не хватало), оба были взрослыми людьми. Но то, что профессор Дашко не собирается доверять своей ассистентке, было совершенно очевидно.
Ему было всё равно, кто мог бы предоставить ей рекомендации, а уж узнай он о двух людях в списке её поручителей, так даже и руки бы не подал.
Его не интересовали истинные мотивы появления этой странной девушки рядом с собой. Роману Андреевичу не хотелось ни с чем разбираться, ни во что лезть. Он просто хотел спокойно работать, выполнить задуманное. Оказаться очень далеко от интриг.
И этой странной девчонки!
Женщина?! Ха! Из породы тех, что до старости щенок! И эти губы, и эти удивительные рыжие глаза, и эти бело-серебристые пряди. Плечи тонкие, у его дочери и то шире! А она помладше этой «профессорши-агрессора» будет!