Приставленный к ней оперативник смотрел на неё с холодным фальшивым состраданием.
- Вам помочь, Леда?
- Д… да, пожалуйста, - смирилась Варга с тем, что у неё самой ничего не получится. И гордость в этом случае лучше было оставить подальше.
Хорошо иметь в подругах оперативницу русского патруля, пусть даже и бывшую, можно много чего узнать. За годы боевой службы Эммануэль рассказала многое. В том числе, как её, находящуюся под прикрытием, упихали однажды в военные застенки. А потом на этих самых же «психологах доморощенных» опыты ставила уже сама Лонштейн. Вот тогда Эми и рассказала о том, как проходит процедура профессиональной психологической ломки. Комбинация «плохой – хороший полицейский» была стара как мир, и использовалась как раз обычными полицейскими и, иногда, патрулём.
В военные застенки, как правило, всё-таки попадали люди куда более опасные и с крепкой психикой. На них эта комбинация не работала.
Поэтому её расширили, дополнили и создали некую колченогую структуру, которая имела взаимозаменяемые узлы внутри цепочки. Для особо «эпичных» гостей задействовали всю цепочку «архетипов», а для тех, кто попроще, хватало обычно трёх: Посредника, Палача и Солдафона. Последний был глух вообще ко всем словам, если было нужно – переходил на угрозы. Но никаких физических воздействий, просто угрозы, бюрократия и полное отсутствие желания идти на контакт. Палач был изощрённым психологом, его запускали всегда после Солдафона – в арсенале этого типажа были и уловки психологические, и возможность переходить на угрозы с физическим воздействием.
Очень редко всё начиналось с Посредника – сострадательного и милосердного посланника с поведением «мы вам поможем, только покайтесь».
Леда была готова каяться. В чём угодно.
Проблема была в том, что она рассказала всё, что знала, уже неоднократно. Но этого было мало. А теперь этот приказ.
- Дивитесь? – взгляд у Посредника был мягкий, спокойный.
Но Варга не обольщалась, она таких людей за годы работы насмотрелась. Мягкие, спокойные, опасные. Самые опасные из всех. Умные, разносторонние. Они хорошо понимали, когда надо надавить, когда надо отступить.
И такие умницы ценились на вес золота.
Везде, где бы то ни было.
Зато у них был один недостаток – идейность.
Вот если перед Ледой сейчас был идейный военный, который ознакомился с приказом и считал, что, если заключённая действительно виновата в каждом пункте, там указанном, ей несдобровать. Ещё и надеяться не на кого!
Когда за ней пришли, Варга как раз звонила Эми. На номер экстренного дозвона, когда ситуация уже всё – пахнет жареным и надо срочно что-то делать.
Подруга брала этот телефон в любое время дня и ночи, потому что номер этот знали считаные единицы, и почти каждому из них Эммануэль была готова помочь, не откладывая дело в долгий ящик.
Но вместо голоса подруги, Варга услышала автоответчик.
«Если вы набрали этот номер, значит у вас проблема.
Раз у вас проблема – значит, вы должны следовать моим инструкциям.
Итак. Первое. Каким бы надёжным ни казалось ваше убежище, немедленно переместитесь. Для начала на Красную площадь.
Дальнейшие инструкции будут…»
Леда не прыгнула мгновенно, как услышала этот кусочек сообщения.
Надо было прыгнуть.
Но первое мгновение, когда она ещё могла, она упустила, решив, что её тайное логово всё-таки достаточно безопасное.
Второго шанса у неё уже не было.
Полнейшая тишина ударила по ушам. Из носа хлынула кровь. А следом и сама Леда упала на колени.
Искажение. Военная разработка, которая позволяла не просто в одно мгновение пресечь использование джампа на какой-то территории, но ещё и препятствовала что-либо сделать тем, кто находился внутри.
Первая атака – вмешивалась в гравитационную силу.
Вторая атака – была свето-шумовой, полностью дезориентируя условного противника.
Третья атака… после неё не выживали.
Второй атаки к счастью Леды не последовало, но ей хватило и одной. Когда её нашли, Варга скрутилась клубочком в ванне, в холодной воде. И на коже Варги были лёгкие ожоги.
Потом её осматривал врач, сокрушался и изумлялся, на кого-то ругался. В голове Леды был шум, она практически не воспринимала действительность. Слишком неожиданной была атака.
Она пришла в себя уже в маленькой каморке за решёткой, под прицелом сразу трёх камер.
Рядом никого не было. Но где-то спустя пятнадцать минут появился молодой человек в форме, который предельно вежливо препроводил Варгу в комнату для допроса. Там сцепили ноги, сцепили руки и вежливо, вот этот самый Посредник, объявил, что ей предъявляется обвинение в государственной измене.