- Или ещё раньше? – снова донеслась мягкая подсказка из угла. – Как насчёт «лье»? Это из книги, и именно про приключения.
- Хорошо. Дальше. Меткое определение человека, мешающего благородному разбойничьему промыслу на морях.
- Если идти по частям, то кто разбойники на морях? – спросила сама себя Марина.
- Пираты, - подсказали наёмники чуть ли не хором.
И тут же Рысь сформулировал ответ:
- Каналья.
В висок мужчины ткнулась боль. Так любил ругаться один хороший друг. Очень хороший друг, давно, к сожалению, павший на поле, которое так и не стало полем его славы.
Он безумно любил арбалеты, предпочитал их куда больше, чем всё остальное…
А потом повесился… потому что не выдержал боли…
Почему-то Рыси стало зябко.
- В одних случаях на этом всё заканчивается, в других с этого начинаются проблемы…
- Алтарь или свадьба? – предложила весело женщина-наёмница.
- Тогда уж постель, - грубовато отреагировал Манул, и наёмники снова захохотали.
- Место, где продают низменную часть мечты о счастье? - спросила Марина, найдя взглядом Рысь.
Мужчина молчал, потом едва уловимо склонил голову:
- Бордель.
- Общая в них есть буква… - Марина уткнулась в получившееся. – Но это и «л», и «ь»… А в итоге… нет, не просто одна, тут сразу обе! Если выбрать алтарь или свадьба – то будет только мягкий знак, и проверочная фраза не получается. Но если «ль»… то всё складывается!
- Какое слово? – потребовал Рысь ответ.
П. Д. А. Р. Е. Е. Т. ЛЬ.
Почему-то Марина очень легко и быстро поняла, какой ответ правильный. Точно так же поняла она и то, что выдавить из себя это слово у неё не получится. Даже через силу.
Потому что было страшно. Вот так, на ровном месте, само по себе и очень-очень-очень.
- Талантливо запугали, - усмехнулась Эми, поднимаясь с места и с лёгкостью перетягивая на себя абсолютно весь фокус внимания. – Надо взять что ли у вас пару-тройку уроков мастерства. Тем не менее, раз запуганный крольчонок-переводчик не в силах ответить страшной клыкастой … Я могу вам сообщить, что за слово-ответ надо вводить. Готовы? Вводите. Предатель. Ничего сложного, правда ж?
Рысь практически почернел, а Эммануэль независимо продолжила:
- Хорошая у меня загадка получилась, да? И рекомендую поспешить. У вас всего две минуты на то, чтобы ввести код. Иначе придётся всё начинать заново, а в оригинале – совсем не такие простые шарады, как разгадывали вы.
Рысь, задеревенев, двинулся к сейфу. А когда он повернулся на испуганный вскрик за спиной, нахальной девчонки в комнате уже не было, зато на пороге стояла совершенно довольная Пантера.
- Она? …
- Ушла, естественно. Нам тоже пора отправляться?
- Да, да, - Рысь вытащил из сейфа маленькую коробочку, смахнул её в сумку, затем с внутренним раздражением и нежеланием это делать, закинул во внутренний пакет куртки пакет документов с ехидной подписью «Для Рыси».
То, что их легко и естественно «сделали», было уже очевидно абсолютно всем.
И Рысь не хотел знать, что именно в приготовленном пакете. Но было отчего-то ощущение, что он уже знает ответ, что именно он увидит внутри.
Напоминание из далёкого прошлого, болезненного.
Наёмники не спешили праздновать успешное завершение работы, некий подъём соседствовал со злым раздражением. Но общее ощущение не отпускало, а потом к раздражению примешалась ещё и злоба на девчонку-переводчицу.
Вот только нервы Марины сдали, она настолько переволновалась, что вначале последовал нервный срыв, а вслед за ним – девушка потеряла сознание. Общее состояние вызвало тревогу не только у приставленных к ней охранников, но даже и у Рыси. Закончилась история тем, что девушка была помещена под наблюдение врача.
Для охраны Рысь приставил сразу двух своих вышибал, а когда Марину переместили в медицинскую капсулу, оба наёмника покинули медкабинет, здраво рассудив, что никуда от них ни пленница, ни врач не денутся. Конечно, они были правы. Были бы. В случае, если у них был бы нормальный доктор и нормальная пациентка.
Но стоило за наёмниками закрыться двери, как Марина исчезла. А когда Сатана повернулся, за спиной его ждала Эммануэль Лонштейн.
***
На то, чтобы закончить с непосредственными делами, много времени не ушло. Рысь даже успел выпить чашку кофе, прежде чем отправиться к заказчику. Пакет во внутреннем кармане жёг грудь. Любопытством то болезненное чувство, которое сейчас владело мужчиной, назвать было нельзя. Хотя отчасти что-то от настороженного интереса там было.