Жители этой станции точно знали, что они никогда не вернутся обратно, гораздо раньше. Ещё даже до того, как спасатели не пришли.
Болезнь.
Если допустить, что болезнь пошла с этой станции, тогда… Тогда что?
Что-то это меняет?
Ни да, ни нет.
Эми потёрла лицо. Интересная задачка немного выбила страх из её лёгких. Но … воздух. Воздух? Воздух был странным. Слегка кислым. Нет, не словно в него что-то подмешали. Словно включились станции прочистки воздушных масс.
Ещё один момент приплюсовался к общей копилке.
А потом в дверь постучали.
Первая мысль была безотчётной и дурацкой: «бежать». Бежать со всех ног, кинуться, куда глаза глядят, прыгнуть в джампе и плевать на то, что текущая формула убьёт капитана Лонштейн. Просто бежать.
Заставить себя встать с кровати и двинуться к двери, Эми смогла… даже не столько на чистом упрямстве, сколько на вспоминании о Змее. Он бы пошёл. Ещё и посмеялся бы над напарницей. «Такая большая девочка, а веришь в сказки о привидениях?»
Нет. Капитан Лонштейн не верила в сказки о привидениях. Капитану это по должности было не положено.
А вот Эми…
В конце концов, должны же быть у хрупкой девушки свои маленькие тайны? У Эми они были. И она боялась. Почему? Ну… во-первых, потому что ролики – это всегда толпа. У толпы всегда есть наготове свои легенды. Во-вторых, потому что ролики – это подземка, а у подземки есть свои истории, которые можно объяснить рационально, но вот делать этого на деле не стоит. Чтобы свои не порвали на кусочки. Наконец, временной джамп не укладывался в физическую картину мира, но ведь существовал?! Так и здесь. Если какое-то явление не укладывается в вашу картину мира, может быть, это вы просто не всё знаете о мире, в котором живёте?
В общем, капитан Лонштейн боялась. Но к двери подошла и, подавив в себе детское желание спросить «кто там?», решительно её толкнула.
Пустота.
Чего стоило ожидать.
А потом на стене, на полу, на потолке – вспыхнули следы. Детские ручки, детские ножки пробежали в одну сторону, потом в другую. Снова в одну и снова в другую.
Досадным было только одно. Картина была слишком хороша, слишком симметрична и слишком … математически идеально. Расстояние между ладошками и ножками было выверено излишне идеально. Так никогда не пробежался бы настоящий ребёнок. Но так отработала бы простейшая математическая модель.
Свет вспыхнул. Погас.
Загорелся аварийный источник.
Наверное, в этом месте, здравомыслящий человек закрывался в своей комнате, чтобы до утра оттуда не выглядывать. Ни в коем разе.
Так бы поступил нормальный человек.
Относилась ли к ним капитан Лонштейн? … Э… оставим этот вопрос на рассмотрение потомкам.
Вернувшись в комнату, Эми схватила планшет с картой станции, прихватила жилет, накинула, застегнулась и выбежала в коридор. Страшная песенка удалялась, дальше и дальше. Девушка кинулась ей вдогонку. И упустила из вида.
От обиды топнула ногой и осмотрелась. Так… Библиотека налево. Если этот феномен имеет какую-то структуру и является искусственно созданным, значит, велика вероятность, что его цель загнать всех по местам. В библиотеке вряд ли кто-то может быть ночью. Особенно в свете того, что там блокировались двери и попасть внутрь до расписания было невозможно. Как и выбраться оттуда.
Теплицы? Нет. Тоже непохоже на правду. Третий вариант – жилые комнаты персонала. Проще говоря, там, где жила Марта.
И можно было прогуляться и туда… Но…
Охотничий инстинкт стих, уступая место оперативнику.
Да. Прогулка туда могла дать информацию, но с тем же успехом это могла быть и ловушка. Если по какой-то причине за происходящую мистификацию ответственна Марта, то Эми ей информацию о себе даст, как и повод для размышлений, а сама далеко не факт, что получит что-то. Так что… развернувшись, девушка припустила обратно в свою комнату. Следующий набор действий был отработан уже до автоматизма. Войти в систему, разорвать спусковой крючок зацикленных данных, забраться в кровать и постараться уснуть.
В какой-то мере у Эми это даже получилось. Она уснула, а проснулась, когда всё повторилось в обратную сторону. Теперь голос звучал не девичий, а мальчишеский. Чуть уставший голос.
- Рассвет не наступит, здесь царствует ночь, мертвец никого не поймал. Он тихо скребётся, но дверь заперта, все спят. Тишина, тишина. Здесь царство живых, их покой не тревожь, ползи себе дальше, ползи. Здесь царство живых… но живых мертвецов. Спасения здесь не найти…