Эми, приподняв голову над подушкой и дотянувшись до планшета, тут его и выронила. Мертвец и спасение? Сон и живые мертвецы?
Неужели зашифрованное послание? Но чьё? Зачем?
Разгадать саму по себе загадку, скрытую в этой детской песенке, было не сложно. Частичка ответа у Эми была с самого начала. Кто-то был оставлен на верную смерть, он должен был перезапустить криокапсулы. Это он – мертвец. Остальные просто спят. Они вроде и живые, но в то же время – мёртвые. Живые мертвецы.
Итак. Ещё деталь. Ещё немного полнее вся история.
Но… спать.
Натянув на голову подушку, Эми приказала себе спать. И уснула.
Третья детская песня разбудила её сильно после полудня. По часам станции. Но с самого первого дня попадания на неё, этим часам девушка не доверяла. Зевнув, она приподнялась на локте, прислушиваясь. Но слова были … с помехами? Настолько с помехами, что сон слетел мгновенно.
Нет! Это не песенка! Это был фрагмент какого-то сообщения, и доносился он совсем не из коридора, а из бытового терминала, стоящего в комнате. Включить запись на планшете, чуть скорректировать частоты на вход, проверить на частице, записать-воспроизвести… Бинго! Звук!
А потом Эми просто записывала всё подряд, всё, что звучало из терминала, от начала и до конца, расхаживая по комнате.
Марта не заходила, хотя пару раз девушка её слышала и даже видела. Чуть сгорбленную фигурку, проходящую по коридору, зажав уши. Вместо завтрака, обеда и ужина, были простые бутерброды, весьма кривовато нарезанные.
Эми не обратила внимания, хотя и под чай всё съела. Она ждала. Ждала. Ждала.
Когда накатил новый виток страха, а передача оборвалась, можно было сказать только одно. Что бы здесь ни происходило, оно точно создано человеком. Пока не очень было понятно только когда именно. Но…
Глубокой ночью по своим внутренним часам, Эми вставила в планшет наушники, забралась в кровать, накрыла голову подушкой (детская песенка опять тревожила коридор, и снова отпечатки ручек и ножек покрывали стены и потолок) и включила звук.
«Седьмое мая.
Меня зовут Рири. Мне девять лет.
Я никогда не видела неба. Мама говорит, что оно бывает разным, но обычно – голубое-голубое. Конечно, скорее всего, мама говорит правду. Это же мама. Но как небо может быть голубым? Оно чёрное.
Чёрное-чёрное.
И холодное.
Мама говорит, что я очень смелая девочка.
Когда я вырасту, я хочу быть как моя мама! Смелой-смелой. Мне все говорят, что она очень смелая. И я хочу быть такой же!»
«Привет!
Меня зовут Рири. Мне десять лет.
Над головой всё такое же чёрное небо. И ничего нет вокруг кроме неба. Но я видела картинки и фильмы и мультики. Там небо голубое. И есть земля. Неужели так бывает?
Мама говорит, что да.
Наверное, маме виднее. Я с ней не спорю.
Мама часто плачет последнее время. Говорит, что скоро я лягу спать. Но она со мной не ляжет. Я не понимаю почему. Другие взрослые прячут глаза. Почему? Я не понимаю.
Мне страшно».
«Привет. Меня зовут Рири. Мне одиннадцать лет.
Мама говорит, что я не понимаю, почему это так важно, потому что я родилась здесь. На этой… станции. Что значит станция, я не очень понимаю.
Но это забавно. У меня появились друзья. Друзья – это интересно. А ещё весело. Мы вместе учимся. А ещё играем. И читаем книги в библиотеке. Мама говорит, что записи, которые мы делаем раз в год на уроке «Капсулы времени» - это очень важно.
Мама странная!
И всё же почему то небо голубое, а наше – чёрное?»
«Привет!
Меня зовут Рири, мне двенадцать лет.
Мама смеётся и говорит, что мне семнадцать лет. Пять лет я спала в капсуле. Но ведь это не считается! Я спала! Так что всё честно. Мне двенадцать лет. Мне нравится мальчик. Он живёт в соседнем блоке.
Мы проснулись на пару месяцев, чтобы провести обслуживание капсул. Я бы хотела больше никогда-никогда не ложиться спать.
Интересно, а нельзя ли не ложиться спать?
Мама говорит, что нельзя, да и вредно это.
Можно сойти с ума? Разве можно с него сойти? А куда с него сходят?
На пять лет выбирают кого-то, кто остаётся на станции.
Мама говорит, что, когда мне было десять, мама оставалась дежурить. Поэтому, когда я проснулась, мне показалось, что мама постарела. Она была здесь. Она и ещё два человека. Всего трое.
Подать заявку на это нельзя. Можно только быть «выбранной». Но я ещё слишком маленькая для этого, и через пару месяцев мы снова ляжем спать. Интересно, насколько вырастут те апельсиновые деревья?»