- Пока выглядит логично, - с неохотой кивнул Старик.
- Дальше интереснее. Якобы всё плохо, якобы отправляют в космос не лучших, а «середнячков». Тех, кого не жалко. Но что это? Что же мы видим? А видим мы в библиотеке россыпь уникальнейших исследований, не имеющих аналогов на Земле. Большая часть «ранних» исследований – гибридная, потому не находит на станции применения. Но есть те, которые уникальны и базируются сугубо на имеющихся малых ограниченных ресурсах. А потому применяются, внедряются, разрабатываются, дочищаются. Используются, одним словом. Микросоциум… казалось бы, всё ровно, всё обыденно. Подумаешь, что для «середнячков» это слишком высокий уровень. Это не доказуемо. А эмпирическим путём в подобных вопросах лучше не ходить. Итак. Факт – что есть станции, и все в целом они маленький ковчег тех, кто хочет выжить. Но… минуточку, неожиданно появляется вопрос очевидный. Почему несмотря на то, что на ковчеге столько людей, кто должен вступить в брак, чтобы продолжиться в детях, всё так неочевидно плохо с медицинским оборудованием для родовспоможения? И не только для него…
- Это ты с чего взяла?
- Учетные складские книги. Тоже нашла в библиотеке.
- Я так смотрю, маленькая мисс, даром ты времени не теряла.
- Нет, конечно же. Как я могла терять напрасно время, если мы заключили такую интересную сделку. Так, я продолжаю?
- Продолжай, маленькая мисс.
- Итак. Миссия отправлена в космос, чтобы иметь в запасе некий «генофонд безопасности», благо все отправившиеся (я нашла медицинские дела), обладают внушительным здоровьем. Только, простите, некая странность. Примерно треть женщин станции 004 имеет в личном деле пометку «бесплодна», а треть мужчин – «бесплоден» или «фертилен».
Старик нахмурился.
Эми едва уловимо улыбнулась.
О, да. Она не просто так бегала по этой станции, заглядывая во все дыры.
- Может быть, - продолжила она мягко. – Так обстояли дела только на этой станции? «Эми, спросила я сама себя, но, если был вирус, и именно эта станция была оплотом выживаемости, значит здесь должны быть медицинские дела и с других станций».
- И что, есть? – откровенно удивился Пётр Андреевич.
- Есть, - кивнула девушка в ответ. – И там эти показатели ещё выше, от пятидесяти до шестидесяти двух процентов.
- Но это…
- Глупо звучит, если считать, что это был «генофонд», не так ли?
Старик в криокамере задумчиво кивнул.
Эми взглянула на принесенную с собой корзинку, вздохнула, вытащила оттуда моток пряжи и крючок, и начала неумело набирать длинную цепочку воздушных петелек, безбожно подглядывая в расположенную рядом бумажную книгу.
- Продолжу. Есть факт, подтверждённый медицинскими делами. Примерно половина населения станций не могли иметь детей. Факт, подтвержденный системой складского учёта, на Ковчегах практически отсутствовало и медицинское оборудование для беременных и рожениц, и оборудование для новорожденных детей. Вроде тех же памперсов… если это слово о чем-то вам, Пётр Андреевич, скажет. Зато склад средств контрацепции – был буквально забит … тем, что может долго храниться и удобно используется. Более того, на станции функционировал производственный цех. И одно из исследований было посвящено получению тонкого латекса. Таким образом, то, что было «озвучено» и то, что можно проследить в цифрах – разнится.
- Допустим, - с неохотой признал Старик.
Эми чуть усмехнулась.
Тому, кто провёл на этой станции всю жизнь, было сложно подумать обо всём этом рационально. А вот пришлой, да, это сразу же бросилось в глаза. Ещё в рассказе Рири… Детей было настолько мало, что все они – разновозрастные и разношёрстные учились в одном классе!
- Момент номер два, - деловито продолжила капитан Лонштейн. – Допустим, это у нас поселенцы, колонисты, все дела. То есть они заинтересованы в том, чтобы выжить. Правильно?
- Правильно, - ох как Петру Андреевичу не хотелось с этим соглашаться, ощущал старый пройдоха, что очень вряд ли ему понравятся выводы пленницы.
Но звучало так очевидно и так просто… Так правильно!
- Вспоминаем базовые потребности человека. Безопасность, еда, вода, дыхание. Смотрим на разнарядку, которой занимались учёные станций в своих блоках. Обращаем внимание, где из них те, что занимаются изучением альтернативных способов обеспечения этих базовых потребностей, - Эми усмехнулась, повернула свой планшет, проецируя на тёмную стену комнаты изображение. – Видите, три ноля? Это про «еду», «воду» и «воздух». В «безопасности» пассивной – всего четыре процента.
- А остальное что?