- И что изменилось?
- Самое простое. То, что меняет всех людей, вне зависимости от их вероисповедания, от цвета их кожи, их возраста и внешности, их пола и достатка. Я полюбила.
- И, конечно же, взаимно? – спросила чуть грустно Марта.
И чуть не шарахнулась в сторону, когда Эми натурально захохотала:
- Взаимно?! Не-е-е-ет. Никакой взаимности не было. Тот, кого я полюбила, видел во мне ребёнка. И продолжал его видеть вне зависимости от того, что я пыталась сделать. На мне словно было аршинными буквами выбито: «Ребёнок, не подходите близко». И он держался подальше. Искренне. Честно. До самого конца.
- А потом ты его соблазнила? И было предложение? И жили вы долго и счастливо? Ну, до твоего этого… похищения.
- Нет, - снова удивила Эми собеседницу. – Нет. Он слишком хорошо держался. Понадобилось слишком много всего, чтобы что-то изменилось. Наверное, правильнее будет сказать, что он понял, что пока отказывает нам в возможности быть вместе, уходит драгоценное время. Потому что уже завтра мы оба можем оказаться в соседних могилах. Собственно, правда, так почти и получилось. Мы … немножко зашли на территорию врага не того уровня, с кем можно было справиться нашими малыми силами. Но у нас были друзья. А у друзей… что ж, не шпаги, но тоже нашлось то, чем можно помочь.
- Ты считаешь, что он снова сможет помочь?
Эми улыбнулась:
- Нет. Я это знаю.
- Но это невозможно. Ты сейчас на станции, которая зависла на обратной стороне Луны! В космосе. Сбежать – не получится. Джампом воспользоваться тоже! Как он тебе поможет?!
- Не знаю. Но он – поможет.
- Почему?!
- Честно?
Марта задумалась, потом осторожно кивнула.
Эми хмыкнула:
- Да просто потому, что в противном случае я спасу себя сама. А ему уже решительно надело наблюдать за тем, как я справляюсь со всем в одиночестве. Ведь в этом случае закономерно может возникнуть вопрос, а в таком случае, зачем мне «мы»? Если я могу всё сама и одна?
- Бедный мужчина! Это с тобой ещё попробуй справиться…
- О, я в него верю. Что-нибудь придумает. Ну, или потом придумаю я. Когда он заберёт нас отсюда.
Марта покачала головой:
- Сколь истово мы верим в мужчин, которые, может статься, этого и не заслуживают…
- Это наше право. Любить, надеяться и верить. А их право – делать наши мечты, желания, стремления – реальностью. Помогать нам летать… и лететь рядом.
- Знаешь… я буду надеяться, что он за тобой и правда придёт.
- Придёт, - просто сказала Эммануэль. – Обязательно. Но для того, чтобы, когда он пришёл, было кого забирать, нам нужно сейчас переехать. Так что пошли. Искать новый дом! Потом собирать вкусный урожай. Потом читать книги. А потом ещё что-нибудь придумаем. Но план ближайший у нас один.
- Один? – доверчиво попалась на энтузиазм девушки Марта.
- Точно-точно, всего один! Больше никаких правил и никакого распорядка! Ты отдыхаешь, мы развлекаемся! И ждём.
Существование Старика, как и то, что с ним делать, осталось за кадром. Марта просто приняла на веру то, что у Эми есть план, а Эми просто ждала результатов заложенной информационной бомбы…
Глава 26. Среди звёзд
С того дня Пётр Андреевич больше на связь не выходил. Эми видела по логированию системы, что он скачивал к себе на экран всю доступную компьютерную литературу. Но… время уходило, а понимание у Старика не прибавлялось. Он явно пытался что-то делать, но система была к его попыткам холодна и равнодушна. В глазах системы он был нарушителем. И все его попытки ситуацию исправить ни к чему не приводили.
Эми в свою очередь ничего не делала.
Она изучала, изучала, продолжала изучать литературу. И просто ждала.
Того момента, который должен был вот-вот случиться. Ситуация нагнеталась, и чем больше времени проходило, тем отчётливее мисс (пока ещё мисс) Эммануэль Лонштейн понимала, что первый смертник на этой базе всё-таки не она. Первой, кого убьёт Старик, будет Марта. За предательство, за то, что посмела пожелать быть счастливой и живой.
Он не простит ей именно этого. Желания жить.
Желания увидеть своего ребёнка. Желания вернуться на Землю. Хотя бы попытаться.