План Юлика был предельно прост. Если где-то есть страны, где бананы стоят гроши, то надо взять такую громадную партию — благо размер сомнительного кредита позволял, — чтобы они стоили еще дешевле. Юлик не стал связываться ни с какими известными международными фирмами-посредниками: тогда весь его план рушился. Он решил все сделать сам и самому для себя стать посредником. Для этого Юлик открыл газету «Коммерсантъ» и нашел там объявление о свободных экономических зонах. Где-то на островах Карибского моря можно было открыть фирму, свободную от уплаты налогов. Всего 200 долларов в год, вне зависимости от того, заработали вы доллар или один миллион долларов. Юлику это очень даже подходило. Называлось предприятие «Офф-шор». Юлик открыл такую фирму. «Офф-шор» и должен был выступить в роли посредника. Далее Юлик направился в посольство одной латиноамериканской страны и поведал там о внезапно охватившей его фруктовой страсти.
Свою невероятную историю будущий банановый король изливал перед скучающей дамой с капризно-томным взглядом и с претензией на повышенную сексуальность. Юлик подумал, что, весьма вероятно, раньше она стучала в КГБ, а теперь осталась без работы.
— А-а, — промолвила сексуально-скучающая дама, — следуйте за мной.
После того как Юлик последовал за ней, ему еще раз пришлось повторить свою историю. Юлика очень внимательно выслушал некий дон, похожий на располневшего тореадора, переодевшегося по случаю в цивильные одежды.
— А вы что-нибудь смыслите в этом деле? — поинтересовался тореадор.
— Только то, что перед тем, как банан съесть, его следует очистить, — признался Юлик.
Тореадор посмотрел на Юлика чуть влажными, полными одиночества глазами и проговорил:
— Тогда мы сделаем хороший бизнес.
Между прочим, тореадор оказался поклонником колумбийского писателя Габриеля Гкрсия Маркеса. Он также поведал Юлику по секрету, что наркобароны — на самом деле большие патриоты своей страны и настоящие мужчины. Только бездарное правительство их не понимает. Юлик ничего не имел против, но в данный момент его интересовали бананы. И никаких, даже маленьких, посредников: ему нужен был сам производитель.
— Вы что, хотите, чтоб я свел вас с сельскохозяйственными рабочими? — удивился тореадор.
— Примерно так! — рассмеялся Юлик. — Мне нужна минимальная цена, я даже корабли пригоню сам.
Кстати, Габриеля Гарсия Маркеса Юлик тоже очень любил. Отдельные места из «Ста лет одиночества» вышибали у него слезу и будили воспоминания о том времени, когда он получал по пальцам. Юлик знал, что все мужчины боятся смерти и поэтому всеми возможными способами ищут с ней встречи. Юлик знал также, что каждый по-своему прячет этот свой страх. Если вас били по пальцам и вам не удалось отстоять свое достоинство, то теперь для этого осталось не так много способов. Вернее, способ остался один — заработать как можно больше денег.
Оказалось, что бананы надо брать зелеными — специальной товарной кондиции. Иначе они сгниют.
Юлик испытал безотчетный страх.
— Нет-нет, что вы, главное, чтобы не сгнили бананы!
С фрахтом кораблей тоже все было непросто. «Совфрахт» еще работал, но влетал в копеечку. Получалось три с половиной доллара с коробки. Юлику надо было экономить каждый цент. Но он не зря продавал сладкие трубочки на площади трех вокзалов. Он не просто научился понимать собеседника, он научился говорить так, что собеседник понимал его, причем с полуслова. Юлик знал, что всем своим собеседникам ему придется выплачивать очень крупные премии. Он выбросил из своего лексикона слово «взятка», он забыл об этом слове. Премии были очень щедрыми. Но при столь крупной игре они приносили громадную экономию. Где-то далеко за рубежами родины под экзотическими флагами ходили корабли, чьи хозяева имели гораздо более скромные аппетиты. Просто все дело в премиях.
Кстати, обычные сухогрузы не подходили. Требовались скоростные банановозы со специальным температурным режимом. Это дороже, но с гарантией.
— Что ж, банановозы так банановозы, — вздохнул Юлик. — Главное, чтобы не сгнили бананы.
Немалую часть премии поглотили порт и таможня, но львиная доля пришлась на оптовых покупателей. На бесчисленное количество торгово-закупочных, плодоовощных баз, различных кооперативов и товариществ, разбросанных по огромной территории бывшей империи, вознамерившейся враз превратиться в цивилизованное демократическое государство, да еще с человеческим лицом. Этот лингвистический монстр, в образе огромного бархатного мешка с печально склоненным ликом, часто снился Юлику в то время. Как в период студенчества однажды приснилась вместо «крылатой» — «ходячая» ракета, постучавшая ему в дверь. Теперь Юлику часто снился черный пропал, куда он падал, увлекаемый желтым липким бананом. Юлик знал, что ходит по острию бритвы. Но никогда до этого и никогда после он не был столь бодр и полон сил. Этот период своей жизни Юлик потом ностальгически назовет «банановой лихорадкой».