Чмокающие звуки шагов отца послышались снизу. Его вой, когда он увидел свою жену на полу. Хлопанье дверей соседей, которые наконец решили выйти. Девочка сидела на чердаке забившись в угол и тряслась. Она представляла худшие расклады событий: что её посадят, будут пытать, убьют или просто зароют живьем. Фантазия не давала расслабиться ни на секунду. Джейн слышала, как ругаются соседи между собой. Как они нервно носятся по всему дому. “Может быть уже ищут меня, чтобы убить, скинуть также, а потом забить палками.”— думала девочка. Она посмотрела в щель между досками и увидела улицу перед домом: погода совсем испортилась, небо затянули тучи, ветер носился, как сумасшедший. Она вспомнила лицо Винсента, его мягкий голос, его рассказы о новой жизни. Джейн тихо расплакалась.
Она просидела там достаточное время, но никто не пришел. Девочка приложила ухо к полу и прислушалась. Было тихо. Она беззвучно спустилась на второй этаж. Коридор пустовал. Некоторые двери были открыты настежь. Джейн подошла к лестнице и аккуратно выглянула из-за перил. Все соседи сидели внизу на кухне, и разговаривали шепотом. Кто-то плакал и громко шмыгал носом. Джейн на носочках прошла в ближайшую открытую дверь и выпрыгнула из окна прямо на крышу подвала. А затем на землю. Она вышла на улицу спереди дома, дорогу освещал лишь один фонарь и тусклый свет луны. Холодало, по телу девочки побежали мурашки. Она подошла к мусорке у дома и вытащила оттуда куртку Винсента. Надев её, она машинально засунула руки в карманы. В одном из них оказалась картонная визитка. Джейн достала ее из кармана и посмотрела. Это была точно такая же карточка, которую она порвала. На обороте был написан адрес и схематичная карта.
Джейн шла по широким пустым улицам и пинала перед с собой небольшой камень. Где-то вдали уже гремел гром, ветер носил песок и сухие листья высоко над землей. Еще не опавшая листва на деревьях боязливо тряслась. И вот по железным крышам застучали мелкие капли воды, и с каждой секундой все громче и чаще. Пошел сильный ливень, молнии освещали путь как тысячи фонарей, что даже радовало девочку, ибо до этого дороги было вовсе не видно. Она продолжала уверенно топать по заданному направлению.
Оставалось пройти пару кварталов. Джейн смотрела себе под ноги, игнорируя все вокруг. В ее голове было совершенно пусто. Смерть матери, и побег из дома прямо в бордель не вызывали никакого отклика в душе ребенка. Может ввиду юного возраста, а может ее сознание выстроило защитный барьер. Её можно было понять. Ныне уже покойная мать была нездорова, не только телом, но и головой. Часто её охватывали какие-то параноидальные и даже безумные идеи. И во всех своих грехах она винила дочь.
Как не удивительно- Джейн была желанным ребенком. Родители мечтали, что она почти с пеленок станет зарабатывать миллионы и увезет их в райские сады. Но реальность оказалась не такой радужной, как в головах больных людей. Ребенок, что логично, принес большие растраты, из-за которых даже пришлось продать их дом и переехать в старое общежитие. Тогда Джейн было всего 3 года, и как раз после переезда родители сошли с ума окончательно. Никогда и никто не был особо добр к ней: ни родители, ни соседи, в школу она не ходила, потому что отец не видел в этом необходимости. Но Джейн никогда не опускала руки, чтобы не случилось. Сама научилась читать, докучая по утрам продавцу газет. Он же объяснил ей основы счета и математики. К своим годам она уже отлично соображала. Была изворотливой и хитрой.
Дождевая туча шла как раз в том же направлении, что и Джейн, словно преследовала. И вот наконец, ребенок стоял на крыльце большого дома с яркими лампами, огромными баннерами с полуголыми женщинами. Светлая отделка, большие двери с позолотой, неоновая подсветка крыльца. Это здание было такое же вычурное и яркое как королевский дворец. Но в отличии от него, не такое наигранно-официальное.