— Почти? — переспросил он.
— Лисандр отошел, в этот миг капитан начала рассказывать зачем она тут во всех подробностях. Полезла в драку. Мне пришлось увести его, чтобы не раскрыться.
Эшлен тяжело вздохнул. Повернулся к девушке и приподнял голову за подбородок. Бегло осмотрел лицо и шею.
— Все хорошо? Не бил, не издевался?
Мессалин опешила от такого вопроса и удивленно подняла брови.
— Нет. — помотала она головой.
Генерал молча кивнул.
Утром Ангела сидела в кабинете генерала. Эшлен повис над пустым листом и массировал виски, хмуря брови. На лице капитанши горели два огромных синяка на скулах. Она плотно сжимала зубы и не моргая смотрела в стену напротив.
— Давай еще раз… — вздохнул Эш. — Все сначала рассказывай.
Ангела утерла нос и прикусила язык.
— У меня почти получилось собрать доказательства. Но Мессалин все испортила- утащила Лисандра в отель, а потом он вернулся и напал на меня, избил и силой заставил принять менкоин. — она утерла накатившие слезы. — Все деньги украли… А дальше я не помню ничего.
— Какие доказательства? — переспросил Эшлен.
— Ну, деньги… — неуверенно ответила она.
Эшлен непонимающе поднял бровь. Ангел нервно сглотнула, засомневавшись в своей памяти.
— Которые я проиграла в карты…Доказательства. И упаковка менкоина с отпечатками.
— И что это дает? — Эш начинал нервничать.
Ангела замялась и замолчала. Из груди вырвался неловкий смешок, почти на грани плача. Эш вздохнул и снова опустил глаза на чистый лист.
— Слишком много дыр в твоей истории, Ангела. Слишком много. — грустно сказал он.
Она возмущенно привстала со стула, но тут же села обратно и жалобно посмотрела на мужчину.
— Я говорю правду. Спросите у Мессалин. Она все видела!
Эш поднял на нее взгляд и сжал губы.
— Мессалин свидетельствует против тебя. Как и все остальные, с кем я успел поговорить…
Ангел замотала головой, не веря в услышанное. Голос ее задрожал, а на глаза вновь накатили слезы.
— Но… — она перевела дыхание. — Конечно, она будет против меня! Она спала с ним, и не раз! Я в этом уверена! Мессалин защищает этого урода! — надрывно завопила она.
Эшлен ударил кулаком по столу. Ангел замолчала и крепко сжала челюсти.
— Хватит! — крикнул он. Это ничего не меняет!
Капитанша закрыла лицо руками и не смогла сдержать рыдания. Она сложилась пополам и безмолвно взвыла. Эшлен зачесал волосы назад и устало вздохнул.
— Знаешь, Ангела, за твои выходки тебя бы отправить до конца дней полы начищать… Я на многое закрывал глаза, но это уже перебор. — он взял ручку и стал писать что-то на листке. — Собирай свои вещи…
Он подписал документ и поставил печать. Придвинул лист к другому краю стола- ближе к девушке и сложил руки на груди. Ангела приподнялась и посмотрела на мужчину. Руки ее задрожали. Она опустила взгляд на бумагу на столе и замерла. На лице ее растянулась дрожащая улыбка.
— Все, исчезни с моих глаз. — Эш вышел из-за стола и собирался проводить девушку.
Ангел вскочила с места и прыгнула на генерала с объятиями. Она повисла на нем и крепко обхватила шею.
— Спасибо! Спасибо! — радостно завопила она дрожащим голосом.
Эш по отечески похлопал ее по спине убрал от себя ее руки. Девушка утерла рукавами слезы и скипуче рассмеялась.
— Уж снайпер из тебя явно будет получше, чем шпион. — вздохнул Эшлен. — И учти, если королева узнает, у тебя в голове точно появится новая дырка. На задании вчера- тебя не было.
— А где я была? — уточнила Ангела.
— Не пустили тебя в “волшебный город”. — усмехнулся он. Никого не пустили.
Ангела утерла нос и покивала. Взяла со стола листок с приказом и убежала прочь. Эш остановился у окна и поччесал подбородок.
— Ну и кто из вас врет? — спросил он вслух у самого себя.
Грэм встала раньше обычного и была в очень хорошем настроении. Женщина сама разбирала седые волосы и причесывала их позолоченной расческой. Затем открыла все шкатулки и шкафчики с драгоценностями и стала примерять одно за другим: крупные колье, мелкие кулончики на цепочках с драгоценными камнями, перстни и тоненькие колечки. Королева взяла массивное украшение и приложила его к голове- словно корону, и довольно улыбнулась.
— И почему такая славная традиция- носить короны- канула в лету? — спросила она сама себя.
Она обиженно вытянула губы и задумалась. Приложила ко лбу еще одно ожерелье, затем еще и еще- выбирая, какое ей больше нравится.
В дверь тихо постучались, Сорот прошел в комнату с низким поклоном. Грэм цыкнула языком и вздохнула.