— Вот ты где! — воскликнул Джоз, приближаясь к заблудшему Марко. — Братан, я все понимаю, нервы, дети, но это уже перебор! — возмущенно воскликнул великан.
Галлен к тому времени приблизился достаточно, чтобы рассмотреть сидящего поподробнее и… что-то было не так. Заместитель нахмурился и немного замедлил шаг.
Во-первых, Марко был странно одет — обычно командир первого предпочитал максимально свободную одежду и шлепанцы. Теперь же он щеголял в плотных ботинках, серых штанах и белой, судя по форме, застегнутой на все пуговицы рубашке. Во-вторых… что-то было не так с его фигурой. Так как Марко сидел, то Галлен не мог определить точно, но что-то в очертаниях командира первого его беспокоило. И наконец, эта странная птица. Почему она…
И в этот самый момент Марко резко обернулся и уставился на решительно приближающегося Джоза. Вместе с этим повернулась и птица, демонстрируя очень знакомые Галлену специфические отметины около глаз. Челюсть заместителя первого отвисла, а шаг на секунду запнулся.
Марко, в виде почему-то не горящего феникса, напряженно уставился на Джоза… а его более молодая голубоглазая версия резко встала и, судя по стойке, приготовилась атаковать.
— Командир! — резко воскликнул Галлен — Командир, мы обознались! — отчаянно заорал заместитель, стараясь выправить внезапно усложнившуюся ситуацию.
Джоз запнулся и недоуменно посмотрел паникующего брата по команде.
— Это не Марко, брат, — максимально спокойно произнес Галлен. — Мы обознались, — с явным нажимом на последнее слово повторил пират.
Неуловимый сын Марко продолжал пристально на них смотреть. И его глаза были холодны как ледники зимних островов. Галлен прямо чувствовал, как парень мысленно взвешивает все за и против и обдумывает целесообразность его смерти. Джоз же наконец замедлился и начал думать. Командир Галлена не был глупым или медлительным человеком. Просто с его размерами, самым эффективным решением проблем было засадить по проблеме кулаком. В случае командира, это работало почти на всем, вплоть до вражеских кораблей, домов и, один раз, на неожиданно хлипкой замковой стене.
И вот, Галлен заметил, как мысли командира начали движение в его черепной коробке. Тот замер, после чего медленно присел на корточки и вгляделся в лицо все еще пугающе спокойного парня. Тот, в свою очередь, окинул великана уже своим оценивающим взглядом… его глаза задержались в области колен, бедренных артерий, сухожилий, шеи и глаз. Угол рта Галлена нервно дернулся.
Люди редко сражались с великанами. Все-таки размер и вправду имел очень большое значение. Командир не был великаном, но для человека среднего роста не было большой разницы между пятью или десятью метрами. Люди редко сражались с великанами, поэтому не было особо рабочих тактик борьбы с ними… но даже у великанов были слабые места. И парень только что прошелся по ним всем. После истории преследования этого пацана заместитель знал, что тот пугающе умен — если кто и мог вычислить все методы убийства очень крупного человека с первого взгляда, так это сын Марко.
Кстати о Марко… Галлен медленно перевел взгляд на сидящую на плече парня птицу.
— Брат, — одними глазами передал ему Галлен. — Какого #$@ ты делаешь?!
К этому моменту, сидящий на плече сына Марко перестал пялиться на Джоза и медленно перевел взгляд на Галлена. В глазах Марко читалась угроза очень долгой и очень мучительной смерти. Учитывая, что этот ужасающий взгляд исходил от павлиноподобной синей птицы, зрелище отдавало сюрреализмом.
Сын Марко заметил взгляд Галлена и перевел глаза на синюю птицу. И тут… Марко немедленно принял самый невинный и милый вид, который прямо кричал — я просто милая, беспомощная птичка.
— Кур, — уркнул окончательно свихнувшийся командир первой дивизии. Галлен даже не знал, что Марко умеет выдавать такие звуки.
Птенец медленно моргнул, и рассеянно почесал Марко голову, после чего перевел угрожающий, ледяной взгляд убийцы на Джоза. И как только парень отвел глаза от "невинной" птички, взгляд смерти Марко вернулся на место и тоже уставился на своего верного товарища. В итоге, эти двое составили идеально сочетающуюся композицию двух убийственно угрожающих маньяков.
Командир третьей молча оценил данную странную композицию, сосредоточенно обдумал, что все это может означать, после чего… мрачно сел и кивнул Галлену.