— Пожалуйста, доверяй мне хоть немного.
Что я должна делать? Я совершенно растерялась.
— Ава, тебе не кажется, что это решение твоей мамы, то, что будет дальше?
— Нет, Джейден! Гарри совершил преступление, и я просто не понимаю, почему ты его защищаешь. Папа то, папа се. Как много стоит твоя любовь ко мне? Но, да, я сама виновата, что ожидала от богатого типа в понтовой тачке чего-то другого? — я была сама не своя, кроме того, я не осознавала, что Джейден не понимает, что нужно привлечь его отца к ответственности.
— Но наказание не принесет пользы никому, особенно твоей маме. Гарри способен помочь ей совсем по-другому.
Говоря это, Джейден вскочил, и к его слова добавилась ярость.
Неожиданно меня осенило.
— Вы, правда, верите, что нас можно свободно купить за ваши деньги? Это и был ваш план с самого начала? Вы хотите приобрести наше молчание за деньги и симулируемую любовь? Но это без меня, я не участвую в игре.
Я тоже яростно вскочила.
— Ты сейчас совершенно сошла с ума? — рявкнул он на меня и, наконец, показал мне свое истинное лицо.
— Нет, Джейден. Я не сошла с ума! Я снова ясно вижу. Я с первой секунды знала, что ты означаешь только неприятности. Я сразу поняла, что тебе нельзя доверять. И еще не раз удивилась! Пошел ты к черту!
Я хватаю свои ключи от автомобиля и выбегаю из комнаты. Когда я достигаю нижней ступени лестницы, я слышу, как Джейден кричит:
— Я уже там! Ты не понимаешь этого, Ава?
Входная дверь так громко захлопывается на замок позади меня, когда я выбегаю из дома, что, конечно, никто не может слышать мое рыдание. Последнее, что я вижу, когда смотрю в зеркало заднего вида своего «Жука», пока отъезжаю на визжащих шинах от участка — это Джейден, который вылетает из дома. Он что-то кричит, но я это уже не слышу…
Часть вторая – Поцелуй глупца
То, что любишь – отпусти. Вернется – будет принадлежать тебе вечно.
Конфуций
Глава 16
Ава
Старый «Жук» издает агрессивные звуки, и я молюсь, чтобы автомобиль не остановился до того, пока я не достигну своей цели. То, что я доеду – это вообще крайне невероятно, потому что по моим щекам текут слезы, которые затуманивают мой взгляд. Я еду больше по ощущениям, чем в действительности что-то вижу. Дорога не дальняя, и я проезжаю перекресток, хотя светофор горит красным цветом. К счастью, там нет транспорта, который пересекает мой путь, и я легко отделываюсь, должно быть, этим поздним летним вечером полиция занята чем-то другим.
Я лихорадочно несусь в «Файрворк». К счастью, я работаю с Люком и Джимми, сегодня я не вынесла бы кого-то другого. Вижу вопросительный взгляд Люка, когда проношусь мимо него, чтобы разместить свои шмотки в помещении для сотрудников.
— Извините, я слишком поздно. Мне очень жаль, мальчики, — кричу я им, когда хочу приступить к работе.
Джимми приветственно поднимает руку, но Люк осматривает меня, разворачивает за плечо и снова ведет в заднюю комнату.
— Что с тобой? Ты плакала и не отрицай, я вижу это по твоим красным глазам. Кроме того, ты должна привести в порядок свой макияж, иначе я не позволю тебе работать.
Я смотрю в зеркало, которое висит рядом со шкафами.
— Дерьмо! — стону я, когда вижу свои потекшие глаза. Ищу носовой платок и уничтожаю предательские следы.
— Итак, что случилось? — продолжает Люк, и знаю, что он не отстанет, пока я не расскажу все во всех деталях.
— Джейден произошел. Не более, все хорошо, лишь небольшой промах, — я больше не сдерживаюсь и снова начинаю плакать, как маленькая девочка.
Без дальнейших комментариев Люк обнимает меня и гладит по спине. Я не знаю, как долго мы так стоим, пока парень не спрашивает:
— Так плохо?
Я медленно отстраняюсь от него.
— Хм-хм, — киваю и, не глядя на него, сморкаюсь, кончик носа уже красный, как у оленя Рудольфа, хотя до Рождества еще далеко. — Моя мама... — сообщаю я между двумя всхлипываниями.
— Что с твоей мамой?
— Сейчас я знаю, кто наехал на нее... и это так ужасно... — медленно начинаю рассказывать о том, как Гарри Стайлз, отец Джейдена, пьяным совершил аварию, которая привела мою мать в инвалидную коляску.
Люк слушает всю историю, не прерывая меня. Он опирается своими скрещенными на груди руками на стол.
— Что ты хочешь теперь делать?
Мои плечи вздрагивают, хотя в действительности, я сознательно не двигаю мышцами.
— Не знаю точно.
— Ты можешь работать?
Я киваю.
— Хорошо, тогда пойдем, мы не можем так надолго оставлять Джимми одного. Позже ты пойдешь с нами. И можешь переночевать в комнате для гостей, — Люк притягивает меня в свои объятия и целует в лоб. — Мы справимся с этим.