— А что там случилось? Папа рассказал, что Мэтт спас тебе жизнь? — с тревожным интересом спросила Рейчел.
Джейн засмеялась и слегка покраснела.
— Ничего страшного! Твой отец все слегка преувеличил. На обратном пути — к тому времени уже поднялся ветер и судно двигалось довольно быстро — Шарлотта неожиданно закричала, что вода заливается через вентиляционное отверстие и портит ей платье, поэтому она потребовала, чтобы я подвинулась и освободила ей больше места. Я встала, а в это время судно резко накренилось, и я чуть не выпала за борт…
— Ах, как жаль, что меня там не было! — вскричала Рейчел. — Хотя я, наверное, умерла бы от страха, увидев, что ты едва не оказалась за бортом.
— Ерунда. Ты бы, несомненно, сделала то же самое, что Мэтт, а он бросился вперед и схватил меня за рукав моего старого голубого платья, который, спасибо дорогой тете Хетти, пришит так крепко, что не оторвется, должно быть, до Судного дня. Так что не было никакого романтического спасения, и леди Десима в этот самый момент, должно быть, докладывает своей матери герцогине о возмутительнейшем факте — отсутствии кружев на моих нижних юбках.
Но Рейчел не могла относиться к происшествию с такой легкостью.
— Слава Богу, что Мэтт был там, — сказала она и порывисто сжала руку Джейн.
— О, если бы его там не было, думаю, Фрэнк Черчилль оказал бы мне ту же услугу, — сказала Джейн с едва заметной неловкостью.
После чая к Кэмпбеллам пришли Фрэнк Черчилль и Мэтт Диксон, чтобы справиться о недомогании Рейчел и убедиться, что с Джейн после неприятного происшествия все в порядке. Обе юные леди заявили, что чувствуют себя нормально и даже пребывают в хорошем настроении, поэтому с удовольствием согласились прогуляться по берегу — вечер, наступивший после столь жаркого дня, был удивительно приятным. Полковники миссис Кэмпбелл изъявили желание сопровождать молодых людей, и вся группа медленно пошла по эспланаде, иногда останавливаясь, чтобы переброситься несколькими словами со знакомыми.
Через полчаса Джейн обнаружила, что оказалась — специально или случайно, она не могла решить — вместе с Мэттом Диксоном на некотором расстоянии от других членов группы.
— Мисс Фэрфакс — Джейн! Правда ли, что сегодняшний прискорбный инцидент прошел для вас без последствий? — возбужденно заговорил он.
— Ей-богу, мистер Диксон, все в полном порядке. Только благодаря вам. Так что спасибо за своевременные действия. Всю оставшуюся жизнь я буду помнить, что ваше присутствие духа, вероятнее всего, спасло мне жизнь. Я понимаю, что в долгу перед вами…
Она собиралась продолжить изъявления благодарности и необычайно встревожилась, когда Мэтт ее перебил.
— Это такая чепуха, — поморщился Мэтт. — Мне бы хотелось иметь возможность сделать для вас в будущем много больше. Мисс Фэрфакс — Джейн! Этот случай открыл мне глаза! Думаю, вы не могли не заметить, что мои чувства к вам далеко не праздный интерес.
Он бережно взял ее за руку и повернул лицом к себе, так чтобы в сгущающихся сумерках лучше видеть выражение ее лица. Но Джейн прервала его чувственную речь почти непроизвольным возгласом — предостерегающим и грустным:
— Мэтт! Мистер Диксон! Прошу, умоляю вас, не говорите мне ничего, о чем вы впоследствии будете горько сожалеть, не делайте этого!
Мэтт застыл в изумлении.
— Что вы имеете в виду? Как я могу пожалеть о своих словах любви и восхищения, уважения и преданности? Все, что я прошу, — это…
— Нет! Не надо! — настойчиво повторила Джейн. — Считайте, что вы ничего не говорили, а я забуду о ваших словах. Нет, — поправилась она, — забыть я их не смогу, да и не захочу, но я никогда в жизни вам о них не напомню.