Но неожиданно камни под ногами зашевелились и откололись от утеса.
Крик ужаса застрял в горле Джейн, и она, крепко вцепившись в шкатулку, полетела вниз с расширенными от страха глазами.
Глава 3. Другой мир
Сердце бешено стучало, и, замерев, девушка ждала, когда ее тело ударится о воды подземного озера. Ей почему-то казалось, что оно обязательно должно там быть, и боязнь воды заглушала все попытки о чем-то подумать. Обжигающая страхом мысль о том, что над ее головой вот-вот должна сомкнуться холодная вода, душила паникой. Полет был слишком долгим, мучительным, а страх еще сильнее расползался по клеточкам оцепеневшего тела.
Очередной крик Джейн так и не раздался, плотная и густая светящаяся масса окружила ее со всех сторон, не дав пошевелиться. Яркие солнечные лучи больно резанули по глазам.
Джейн зажмурилась от кольнувшей боли в глазах, но сразу их распахнула, почувствовав удар воздушного потока, резко обрушившегося ей в лицо. Она с ужасом поняла, что продолжает падать, но только теперь впереди ждала не вода, а земля.
Глаза ее открывались все шире от понимания того, что она летит прямо на двух дерущихся ящеров, парящих в небе. Первая мысль была, что она попала в доисторический период и сейчас ящеры забудут о том, что дерутся, почуяв добычу, и сразу бросятся на нее.
Ящеры в это время яростно махали крыльями, глядя друг на друга со злобой. И пока Джейн падала, они успели впиться острыми зубами в тела друг друга и нанести много тяжелых ран. На чешуе белого ящера отчетливо выделялись рваные кровавые ошметки. Черный выигрывал и в размере, и в мощи, хотя тоже был изрядно искусан.
Расстояние между Джейн и белым ящером с катастрофической быстротой уменьшалось, и резкий удар о его спину выбил из легких девушки весь воздух. Если бы не густая святящаяся масса, в которой она пребывала, смерть была бы неизбежна. После полета с такой высоты выжить просто невозможно. Опухшие пальцы девушки разжались от боли, шкатулка покатилась по белой чешуе ящера. Джейн остановила падение, уткнувшись в рваный край раны чудища – и это уберегло ее.
Ящер дернулся, отвлекаясь на удар о спину. Черный ящер, пользуясь моментом, впился своими зубами в его шею, превратив светлую чешую в рану с окровавленными, изорванными краями, и издал победный рев, от которого Джейн чуть не оглохла.
Едва восстановив дыхание, она поняла, что опять падает, только теперь лежа на спине белого ящера. С ужасом подумала, что приземление на этом громадном белом чудовище, грозит ей такой же точно смертью. И Джейн прижалась к ящеру всем телом, разревелась и стала просить:
– Пожалуйста, прошу тебя, только не упади.
Ящер стремительно спикировал вниз, не обращая внимания на ее мольбу.
Вид нескончаемых вод обдал леденящим ужасом, и то, что Джейн вынесла в тоннелях, показалось ей раем. От лица отхлынула кровь, перед ней четко предстала картина, как она тонет в синих глубоких водах.
– Прошу тебя, не дай мне умереть. Сам ты можешь помирать, а мне так жить хочется. Я столько испытала, пережила, а ты меня утопить хочешь, – увидев вдали скалистые горы и большой грот, Джейн в отчаянии зашептала со слезами на глазах: – Я понимаю, что ты не можешь понять то, что я тебе говорю, но я тебя очень прошу, видишь небольшой грот? Ты плавно лети туда и осторожно приземлись. Прошу тебя. Очень прошу, не дай мне умереть.
Зажмурив глаза от страха, Джейн еще сильнее прижалась к белой чешуе громадного чудовища, стараясь слиться с ним воедино. Резкий удар о землю уже в который раз выбил из легких весь воздух.
Девушка открыла глаза, когда почувствовала под собой движение ящера. Радость от того, что она не упала в голубые воды, померкла. Чудовище, тяжело передвигая свои огромные лапы, направилось в пещеру. Джейн сглотнула.
«Только не в пещеру, от одного вида черного зева у меня начинается паника. А хотя… чего я переживаю, может, ящер сейчас затащит меня в эту черноту и переживать уже будет не о чем. Сожрет меня и даже не подавится. Хотя после стольких дней голодовки, может, и подавится, но мне ведь от этого не легче».
Она зажмурилась, ее обдало волной воспоминаний о недавнем времени, проведенном в горе, и теперь девушка раздумывала, что лучше – помереть в пещере, в воде или в зубах чудовища.