Ящер медленно вполз в огромную пещеру и затих, издавая протяжные стоны. Джейн открыла глаза и осмотрелась. Пещера, в которой они оказались, хорошо озарялась светом, проникающим снаружи. Боясь потревожить ящера, Джейн осторожно поползла в сторону, хотя когда она спрыгнула с хвоста чудовища, стопы пронзила острая боль от высоты, с которой она упала. Не обращая внимания на белый песок под ногами, девушка осторожно ступала, стараясь не издавать шума, и вот уже спешила на выход, молясь, чтобы чудовище не опомнилось и не напало на нее.
Сердце учащенно стучало от напряжения, тяжелый стон, вырвавшийся из горла ящера, откликнулся жалостью в душе. Мозг стал лихорадочно работать и вспоминать все, что она знала о ящерах доисторического периода. Подумала, что среди них были и травоядные, Джейн остановилась. Постояла в раздумье, переводя взгляд с солнечного света на ящера.
В груди все сжалось от жалости к громадному чудовищу. Бросить умирающего ящера она не смогла, пусть это было самое невероятное животное, которое она вообще видела. Сделав несколько робких шагов в обратную сторону, девушка осторожно приблизилась. Остановившись возле огромной туши, стала рассматривать израненное тело. Белая чешуя во многих местах была содрана и покрыта кровью, из некоторых рваных ран струились ручьи алой крови.
Джейн захотелось потрогать рукой удивительную белую чешую. Она окинула взглядом всего ящера, задержавшись на артефакте, из-за которого оказалась в незнакомом мире. Осторожно подойдя к шее ящера, все время держа взглядом его голову, девушка встала на цыпочки и все равно едва смогла дотянуться до шкатулки. Взяв ее, положила на песок, скинула рюкзак с плеч и бросила его рядом. Взволнованно посмотрела на чудовище, продолжающее издавать стоны. Его горячее дыхание разносилось по всей пещере.
Джейн осторожно подошла к голове существа и внимательно осмотрела морду. Огромные ряды острых зубов оголялись при каждом выдохе. Девушка попятилась от страха, но от вида искаженной болью морды вновь испытала чувство жалости.
Ящер не казался ей страшным, сейчас он больше напоминал дракона, виденного когда-то на картинке в книге. Сашка еще та любительница фэнтези, а Глеб так потешно над ней посмеивается из-за этого.
Воспоминания о друзьях отозвались тоской и болью в душе. Дракон чуть приоткрыл глаза и посмотрел на Джейн своим черным вертикальным зрачком. Его золотая радужка отражала тоску, боль и отчаянье, и это заставило сердечко девушки вновь затрепетать от жалости к загадочному существу. Она посмотрела, как из большой рваной раны на шее продолжает струиться кровь, питая и окрашивая белый песок в алый цвет. Вспомнив уроки в медицинском университете, Джейн подошла и осторожно прижала своими распухшими пальцами рваные края раны друг к другу, пытаясь таким образом остановить кровь. Руки от долгого держания белых чешуек быстро занемели, но она не отпускала их, пока не увидела, что края раны стягиваются. Довольная собой, Джейн уже смелее принялась ходить вокруг ящера и проделывать то же, что и с первой раной.
Наконец, обойдя всего дракона, она удовлетворенно вздохнула, не увидев ни одного ручейка крови. Удивительная регенерация тела. Такого в своем мире Джейн точно не видела, да и не слышала никогда о подобном.
Заходящее солнце показалось на горизонте, осветив последними лучами пещеру – оно плавно опустилось в спокойные воды, казавшиеся зеркальной гладью моря или озера, в которое девушке посчастливилось не упасть.
Джейн наслаждалась теплом ярких лучей и, несмотря на все события, случившиеся с ней, радовалась, что не утонула и не была съедена неизвестным созданием. От раздумий ее оторвал сдавленный стон и хрип дракона.
Она повернулась, но не успела ничего предпринять, как громадная окровавленная лапа дракона подмяла под себя шкатулку, оставленную ею так беспечно.
– Что ты творишь, чудище несусветное?! – прорычала Джейн пытаясь подлезть под тяжелую лапу и вытащить из-под нее артефакт. С большим трудом ей это удалось, но она не успела как следует насладиться своей победой, потому что у дракона, видно, были свои соображения насчет сокровища, которое девушка держала в руках. Он неожиданно бережно сгреб ее лапой и прижал к своей туше.
Джейн затрепетала от страха, но потом быстро успокоилась, хотя попытки спастись из крепкого захвата потерпели фиаско. Все это больше походило на старания мотылька вырваться из когтистых лап кота. С наступлением темноты девушка поняла, что в этом странном мире наступила ночь. Жаркое тело зверя подействовало на Джейн, измученную долгим бродяжничеством по холодному горному тоннелю, как грелка для больного. Еще одна попытка вырваться из крепкого захвата ни к чему не привела. Глухие удары сердца дракона убаюкивали, страх отступил, она уже не боялась это чудовище, твердо решив для себя, что оно травоядное и если вдруг проснется, есть ее не будет. Успокоенная такими мыслями, она расслабилась, улыбнулась, нежась в тепле огромного существа, и уснула.