Он перебрал рукой ее волосы, удивляясь, насколько они коротки, только теперь понял, почему вначале подумал, что это юноша. Чуть улыбнувшись своей оплошности, вновь попытался снять непонятную вещь с ее тела, и когда у него это не получилось, не церемонясь, разорвал так раздражавшую его одежду. Правда, он так и не понял, как она снимается, но девушка помогла ему, скинула обувь, а затем сняла с себя рваные остатки одежды, оставшись в кружевных вещах, закрывающих ее грудь и бедра. Незнакомец провел рукой по ткани и обнаружил твердую, словно алмаз, вершинку груди, обвел ее пальцем и вновь издал рык. Он не спешил, осторожно касался ее тела, безошибочно находя места ушибов и синяков, наклонялся, трогая их губами, вновь говорил что-то на непонятном языке.
Вначале стыд за свое грязное тело съедал Джейн, ей хотелось зарыться в грудь незнакомца, чтобы он не видел, как пылают ее щеки. Но, заметив вертикальный зрачок его глаз и поняв, что незнакомец источает нежность, расслабилась, стала вслушиваться в его бархатистый шепот на непонятном языке, от которого замирает дыхание, а сердце перескакивает на бешеный ритм. Тело стало как будто не ее, оно жаждало прикосновений его рук, изнывало в томлении.
Незнакомец чувствовал стыдливость девушки, робость оттого, что тело ее давно не мыто, да и он сам был не в лучшем виде. Значит, нужно найти место, где они могли бы искупаться. Вздохнув глубоко, дракон почувствовал источник воды – где-то совсем рядом в этой пещере есть озеро.
Он встал, подхватил девушку на руки и понес вглубь пещеры, подальше от песка, пропитанного его кровью, начинающей источать неприятный запах разложения из-за летней жары. Этот запах проникал в легкие, дурманил, вызывая головокружение и тошноту.
Дракон увидел небольшое прозрачное озеро, и по телу его прошла волна нетерпения, не раздумывая, он шагнул в голубые воды. Войдя по пояс в озеро, стал снимать с девушки оставшуюся одежду.
Поняв, что находится в воде, Джейн вновь испугалась. Обвив шею незнакомца руками, она старалась вжаться в твердую как броня мужскую грудь, чуть не плача.
Незнакомец не понимал ее страха, но постарался успокоить, вновь стал шептать слова утешения, гладил обнаженное тело, все время задерживаясь на кружевной ткани. Он коснулся своими губами ее растресканных губ, потом отстранился, нахмурив брови, тяжело задышал и вновь заговорил на непонятном языке, водя пальцем по ее рту.
Боль постепенно отступала, да Джейн она уже особо и не тревожила – куда больше ее стали волновать ласковые руки молодого человека, она полностью отдалась их трепетным, нежным прикосновениям. Ей казалось, что она все-таки тонет, только теперь от его жарких поцелуев и непонятных речей, от его источающих силу рук.
Джейн все сильнее прижималась к его горячему телу, неумело отвечала на поцелуи, трепетала в его сильных руках, растворялась в обоюдном желании близости. Тонкая кружевная ткань мешала, хотелось полностью прочувствовать своим телом прикосновения мужских губ. Расстегнув крючки на лифчике, она ловко скинула с себя мешающую ткань. Трусики незнакомец снял сам, коснулся рукой ее обнаженного тела, издав стон, от которого у Джейн по коже вновь прошли волнующие мурашки.
Прижав девушку к себе, он наслаждался их близостью и продолжал успокаивать ее своим чуть вибрирующим голосом, от которого тело Джейн изнывало в томлении, дыхание замирало в ожидании.
Зачерпнув воду рукой, незнакомец сначала бережно вылил ее лицо девушки, убирая грязные разводы от слез, затем вымыл ее шею, плечи. По ее упругой груди он бережно прошелся несколько раз, задев сосок, и не удержался, скользнул по нему языком, услышал сдавленный стон и издал утробный рык.
Джейн чувствовала в его руках твердость и в то же время ласку, а когда он омывал ее живот, его пальцы коснулись ложбинки между ног девушки и стали нестерпимо, обжигающе нежными.
Возбужденное дыхание переплеталось и замирало от поцелуев, вода, бережно лаская, омывала тела, давая силу и желание близости. Джейн впервые испытывала эти чувства, ее кожа горела от поцелуев и ласк, тело жаждало большего.
Дракон не спешил, он купался в любви, видя перед собой Ратху. Любовь всей его жизни. Его душа ликовала, сердце пело в унисон с сердцем девушки, которую он нежно ласкал. Он пьянел от ее стонов и крика, пропитанного болью, эхом разнесшегося по пещере. Остановил ненадолго свои движения, склонившись над ее губами, вновь стал шептать слова на непонятном ей языке. Боль схлынула, дракон захватил губы девушки в плен, со сладостью терзая их, отступая лишь на мгновение, чтобы обдать жаром нежности, и вновь набрасывался, ускоряя свое движение в ней.