— Наши мужчины всегда стараются накормить девушку. И чем больше она при этом съест, тем довольнее будет кавалер. Это означает, что дама принимает его ухаживания.
— О боже! Я съела вселенную! — тут же воскликнула она и откровенно рассмеялась.
«Он подумал, что я принимаю его ухаживания? — спросила она свое внутреннее „я“. — Еще и голубое платье сказало ему об этом… Ну что ж, он все правильно понял, прочел меня как открытую книгу, хоть ела я при нем без задних мыслей… Вообще-то, с задними… Ну, ты же поняла, о чем я!»
Она попыталась заглушить свое смущение продолжением разговора:
— И как же ваши девушки при этом не толстеют?
— Их так воспитывают: когда их угощает мужчина, ни в коем случае не следует съедать полные порции. Пару зерен — вот их норма. И только если девушка хочет завоевать сердце именно этого кавалера, она позволит себе съесть при нем чуточку больше. Мужчина в нашем мире при этом поймет, что она ожидает от него предложение руки и сердца. — Неожиданно он стал очень серьезен, хотя еще недавно весело шутил и смеялся. — Тогда ему остается сделать лишь выбор: соответствовать ожиданиям или бежать сломя голову.
Влада подметила из его рассказа, что выражение «предложить руку и сердце» имеет одинаковый смысл в обоих мирах, ей показалось это символичным.
— Что же ты думаешь сейчас обо мне? — спросила она в надежде на откровенность. Ее взгляд был устремлен в его «океаны», ставшие в тусклом освещении ночной террасы темно-синими.
— Ты… ми джейя… — промолвил он и остановился на несколько секунд. — Ты не знаешь наших традиций и вовсе не обязана их соблюдать, даже когда узнаешь. Я был уверен, что эти премудрости с едой тебе неведомы.
— А зачем тогда спросил про наши обычаи? Если был уверен, что я наелась при тебе не в попытке дать однозначный намек?
— Я захотел, — сказал он так просто, без пафоса, как само собой разумеющееся. Его короткий ответ показался ей сексуальным.
Повисла пауза. Влада нарушила тишину первой:
— А на деловых ужинах девушкам тоже запрещено кушать в присутствии мужчин?
— Но ведь ты надела голубое платье? — намекнул он и подмигнул.
Дверь на открытую террасу в этот момент распахнулась, и в ней показался мужчина в серебристом камзоле. Эрик быстро развернулся к незваному гостю и на несколько шагов отошел в его сторону. Влада воспользовалась паузой, выдохнула и подумала: «Ужас, я, наверное, сейчас красная как помидор! Хорошо, что Эрик быстро отвел взгляд и не заметил, скорей всего. Эх, голубое платье…»
Мужчина что-то тихо и коротко сообщил Эрику, но Влада не могла расслышать слов. Эрик вновь обернулся к ней, однако на этот раз с неопределенным выражением лица.
«Что-то случилось? Почему он так переменился?»
Он приблизился к ней, остановился в метре и произнес безэмоционально, будто всего, что только что было, — вовсе не было:
— Леди Влада, я прошу меня извинить, появились непредвиденные обстоятельства. Я вынужден вас покинуть.
«Почему он так холоден? Зачем на „вы“? Почему не возьмет снова за руку?» — негодовала она мысленно.
— Да, я понимаю, — пришлось ответить ей, но она даже не скрывала своей печали. — У тебя все в порядке?
— Мы еще осуществим наши планы. Приятных тебе снов, — сказал он, но это не было ответом на вопрос.
— Силан! — обратился он к невысокому полноватому мужчине средних лет, который также появился на террасе. — Будь любезен, проводить леди Владу в ее апартаменты. — Затем он еще раз коротко посмотрел на нее, повернулся и вышел вон.
10
«Я хочу открыть глаза»
Силан не сказал ни слова по дороге до ее комнаты. Влада подозревала, что у него не было переводчика или, может, ему просто не хотелось общаться с ней. В принципе этот вопрос практически не заботил ее. Она вошла в комнату, прикрыла дверь и прислонилась спиной. Вокруг было пустынно, бесцветно, скучно. Еще недавно спальня нравилась ей, что изменилось сейчас?
«Пустота. Полость. Дыра внутри. Холодный пол. Пустая постель», — нехотя она ответила себе на вопрос.
Влада ненавидела спать одна, ей необходим был кто-то, кто спит с ней ночью рядом. Просто спит, пускай без секса, пускай очень часто без секса, но кто-то, кого она сама выбрала, должен был проводить с ней ночи в одной постели. Если проанализировать ее жизненный путь, она никогда не страдала одиночеством, поэтому причину своей нелюбви к ночной пустоте Влада не понимала, но старалась идти по жизни так, чтобы соседнее место в кровати всегда было занято. Вчерашней ночью она не почувствовала дискомфорта — слишком многое произошло за день, она моментом отключилась. Но сегодня ей вновь предстояло спать одной… Куча мыслей в голове, эмоции, переживания; много часов впереди в белой холодной кровати. Возможно, ей суждено проводить ночи так до конца своих дней, если она не отыщет дорогу домой.