— Да, отлично получилось!
— Спасибо, что исправила, джейя.
— А я правильно произношу твое имя? — Он улыбнулся и ничего не ответил. — Ну, Эрик? — настаивала она. — Поправь меня, пожалуйста, если произношу неверно.
— Ни за что, джейя. Мне нравится твой вариант. — Он с хитринкой улыбнулся. — Сегодня после ужина я мог бы проводить тебя в библиотеку и сдержать обещание.
— После ужина?
— Да, я зайду за тобой в половине десятого.
Он поцеловал ее в губы, но не страстно, как это было в шатре, а мягко, нежно, как будто прощался, но обещал вернуться. Влада ответила на поцелуй в той же манере и, когда они одновременно отстранились друг от друга, ласково ему улыбнулась. Она вошла в комнату, дверь щелкнула.
Она отошла от порога на шаг и замерла. Переведя дух от нахлынувших в коридоре чувств, прямиком направилась в душ, скидывая одежду прямо по дороге. Спустя мгновение она уже стояла под струей, утопая в живительной энергии излюбленной стихии.
«О боже, я это сделала… Переступила черту. Эта страсть погубит меня, если я не одумаюсь. Ни тело, ни разум не подчиняются мне. Ни воли, ни силы воли, ни сил как-то сопротивляться происходящему… — Влада всхлипывала. — Меня тянет вниз по наклонной, а я лечу и сама хочу разбиться! Большей глупости и быть не может, а я все равно радуюсь, как глупая девчонка. По факту я изменила. Нужно принять это, хотя бы избавлюсь от проблемы мучительного выбора. Да, я изменила. Если я вернусь в Москву, то мне предстоит расхлебывать последствия».
Влада развернулась к потоку спиной и склонила голову. Брызги били ее по спине и плечам, она смогла хорошо расслабиться.
«Эрик… Эрик… — вздыхала она. — Обделенный любовью маленький мальчик. Он потерял мать, жену, отца, дядю… Что за странности происходят с их родом? Проклятье, что ли, на них? Он последний из могикан. И так отчаянно жаждет любви, так безоговорочно привязался ко мне — совершенно незнакомой женщине из другого мира. Он же ничего не знает обо мне, моих дурных чертах… Но могу ли я дать тепло, что так ему необходимо? — Влада сомневалась в своей способности искренне и всецело любить. — Имею ли право? Стоит ли давать надежду?»
Вода струилась по ее лицу, волосам, упругой груди, талии, бедрам, стекала с голеней и уносилась в сток бурлящими завихрениями.
«Он назвал меня „джейя“ сразу, как впервые зашел в комнату тем утром, — вспомнила она. — Еще до того, как вручил мне переводчик. Получается, он уже на площади понял, что я его джейя? Невероятно. Выходит, любовь с первого взгляда?.. Но ты и сама, издали завидя его силуэт, сказала себе: „Только не влюбись“! Часто с тобой такое случалось? Всего однажды, а приключений в твоей жизни было достаточно, чего скрывать».
Влада намылила шампунем волосы и смыла пену.
«Стоп. Он прямо не признавался мне в любви! — осознала она. — Он много говорил об экто. Я, конечно, всего не понимаю, но все же больше это похоже на страсть и желания плоти, чем любовь, заключенную на небесах. Он сказал, что думает обо мне и своем экто, касающемся меня. Об этом он говорил вполне конкретно, не придумывай того, чего, скорее всего, нет. Женщины часто приписывают мужчинам, чего хотят сами, но для этого нет реальных оснований. Мы любим искажать действительность в угоду нашим фантазиям. — Влада задумалась, припоминая подробности разговора. — Ну и слава богу! — заключила она. — Я тоже испытываю к нему, скорее, влечение тела, нежели души. Мистер Дарси для женщины моего времени хорош в книгах, но реально ли мне поладить с ним наяву? Говорить постоянно на высокопарном языке… Откушивать ежедневно с учетом всех правил этикета? Кстати, я понятия не имею об этих местных правилах, возможно, мои умения орудовать ложкой и вилкой шокируют его в глубине души. И иногда мне жизненно необходим фаст-фуд! И еще красная икра. Есть она здесь? Как я проживу без нее, ты подумала об этом, Влада? — хмыкнула она. — А алкоголь? Пока мне здесь ни разу его не предложили! Я, конечно, пью не часто, но иногда же хочется. Красное вино хотя бы раз в пару месяцев — как прожить без этой прихоти? А крепкие словечки? Да я же обожаю выражаться! Стараюсь, конечно, поменьше, но все же… Ничто так не помогает выплеснуть негатив, как старый добрый русский мат. Не знаю, где нахваталась этого, но приняла и не могу обходиться вовсе без!»
Влада намылила губку и принялась водить ею по шее, груди и плечам.
«А экто? Экто… О-о-о, экто! — девушка не могла сформулировать мысль. — Ну и экто! Открытие года, нет, всего десятилетия. Даже еще больше. — Она задумалась, припоминая годы, пролетевшие с момента ее первого раза. — Что же он им вытворял! На что еще способен? Догадываюсь, что он не раз смог бы меня удивить, скажи я ему „да“… Экто мог бы впечатлять меня всю мою биографию, подозреваю. Он так проворен, так точен в движениях, что, наверное, и внутри меня смог бы найти верную стратегию, чтоб не причинить вреда. А шипы? Ну, это же не совсем шипы, это кожистые выросты, что-то вроде силиконовых пальчиков, — успокаивала она себя. — Не думаю, что они сильно поцарапают меня там. Если уж проходит голова ребенка, то, наверное, шипики как-нибудь поместятся?.. А длина? А если он не рассчитает глубину входа и проткнет меня? — Она сглотнула. — Надо будет лучше ознакомиться с его физиологией».