— Позволь попытаться объяснить тебе и облегчить муки, — сказала она и присела в кровати, прикрывая грудь одеялом. — Я вижу, как ты несчастен. Знаешь, я чувствую примерно то же самое. Меня страстно влечет к тебе. Остается немало страхов и сомнений на этот счет, но я надеюсь, что они преодолимы. Если бы я была местной, не раздумывая согласилась бы. Возможно, я сама встала бы в очередь претенденток на твое сердце, не дожидаясь приглашения, лишь увидев тебя издалека с летящими золотыми волосами в одеждах цвета электрума. Но я попала сюда не по своей воле: меня вырвали из моего мира и времени, я ушла, ни с кем не простившись. Они считают меня пропавшей без вести. Они мучаются, ищут меня, ждут новостей. Мама плачет по ночам. Как я могу отказаться от желания сообщить, что жива и здорова? Сказать тебе это «да» — отказаться от поиска пути домой. Это предательство близких. И я не могу добровольно принять это решение. Так же, как и не желаю отказываться от тебя, Эрик. Пойми, что ты требуешь невозможного. Я не могу сделать этот выбор. Никак. Выбери сам — отошли из дворца, если не можешь видеть меня и знать, что я не приму это решение. Или останься со мной настолько долго, сколько нам дарует Великий кумарун. Наверняка он как-то причастен к происходящему.
— Я понял тебя, джейя. Ты все доходчиво объяснила. — У Влады сжалось сердце. — Я не могу требовать определиться сейчас. Прости меня.
— Эрик, мы оба совершаем ошибку: то оглядываемся назад, страдая по прошлому, то волнуемся, что с нами будет дальше. Жизнь сложна, и мы непременно столкнемся с трудностями. Зачем мы переживаем до того, как они произошли? Давай жить сегодняшним днем, давай постараемся.
— Конечно, милая джейя. Ты так мудра! Ты права, безусловно, права.
И он припал к ней, вплотную прижавшись обнаженным телом. Он обвил ее ноги своими, припечатал спиной к простыне изумительным гладким рельефным торсом. Его волосы падали ей на лицо, немного щекоча. Губы его застыли в нескольких сантиметрах над ней, и он произнес:
— Хочу быть для тебя всем.
Они слились в поцелуе, вначале чувственном и неспешном, затем более жарком, воспламеняющим тела. Энергия страсти обволакивала языки, протекала через руки и пронзала тела в местах взаимных прикосновений. Кожа его груди, такая мягкая и гладкая, скрывающая рельефные сильные мышцы, прикасалась к ее груди, терлась о соски, даря блаженство.
«А где же экто? Где он прячется? — заинтересовалась Влада. — Эрик голый, это факт, но что-то экто чересчур скромен сегодня».
Эрик сильно обвил ее шею руками, словно заключив в тиски, и сказал:
— Джейя, я хочу стать лучшим партнером в твоей жизни. Подарить тебе усладу обоих миров, если позволишь. Научи меня быть таким, как ты хочешь, как ты привыкла и как любишь. Расскажи мне, милая. Научи. Покажи. Не надо смущаться, объясни все так, чтобы я понял. Давай сделаем это по-вашему.
«Это будет не так-то просто… — прикинула Влада. — Если не брать во внимание, что экто мало общего имеет с достоинствами земных мужчин, есть еще одна проблемка. Как я буду все это объяснять? Я стесняюсь говорить о таких вещах вслух. Вообще не люблю, нет, я терпеть не могу говорить о сексе! Никогда не любила, искренне полагая, что им надо заниматься, а не разглагольствовать».
— Ты хочешь этого сейчас? — уточнила она, пытаясь не выдать тревоги.
— Сегодня, но не сейчас. Тебе нужно время, чтобы спланировать мое обучение. Я же понимаю, джейя, как необычна моя просьба. Но попробуй объяснить, прошу. Позволь доказать, что я смогу, я способен научиться. Ради себя самого и тебя. — Он коротко поцеловал ее в губы, затем откинулся в сторону и устроился под боком.
— Сегодня мы проведем вместе весь день, — сообщил он тоном, будто бы ничего особенного до этого и не произошло. — Я приготовил увлекательную программу. Но более не скажу тебе ничего, даже не проси меня. Это день сюрпризов, ми джейя.
— Как замечательно! Я согласна на все. Почти на все…
— Значит, нам пора вставать и собираться. Через час мы отправляемся в путь. Ты должна надеть платье, которое я привез тебе сегодня. Коробка на столе.
Влада приподняла голову и обнаружила большую синюю коробку.
— Цвет упаковки мне кое о чем напоминает… — отозвалась Влада.
Эрик расцвел в довольной улыбке.