В промежуток между бормотанием, я сумел разглядеть жрецов, стоящих на лучах странной многолучевой звезды, которая состояла из двух кругов: внешнего и внутреннего. На лучах внешней звезды стоял тот самый младший сброд, на лучах внутренней звезды стояли уроды, сумевшие свалить с поляны. Я видел их имена в книге, не мог не видеть, но не придал значения, потому что не знал, как их зовут на самом деле.
Приподнявшись на локтях, я увидел, что лежу на полу, голый по пояс, а моя грудь размалевана какими-то странными символами. Лежу я перед алтарем, возле которого стоит Деро, а на самом алтаре кто-то лежит.
Меня снова скрутил очередной приступ становящегося болезненным вожделения. Я согнулся и застонал, и тут мой взгляд уперся в куртку, из кармана которой блеснул край артефакта. Они меня просто раздели и, в отличие от того, что происходило за стеной, даже не потрудились обыскать. А может и потрудились, только не поняли, что это за хрень, все-таки это какая-то секретная поделка Империи, а разбираться просто времени не было.
Верховная жрица выкрикнула что-то особенно громко, и жрецы внешнего круга звезды начали падать на пол, крича от боли, а на их телах сами собой появлялись все новые и новые порезы, из которых кровь попадала на лучи звезды постепенно заполняясь кровавой жидкостью. При этом жрецы внутреннего круга никак не отреагировали на происходящее. Присмотревшись, я увидел, что их глаза пустые, ничего не выражающие. И куда только подевалась их самоуверенность?
— Встань и подойди, — раздался властный голос произносящий свой приказ на всеобщем.
— Иди ко мне, Джек. Видишь, ты все равно мой, — оба голоса раздались одновременно, но я сомневался, что второй кто-то кроме меня слышит.
Сопротивляться голосам не было сил, и я, помогая себе руками, поднялся и сделал шаг к алтарю.
На алтаре лежала Нора. Она была одета в полупрозрачную, сшитую из тончайшего белого шелка из моих снов, сорочку. Сорочка практически не скрывала прекрасного и совершенно обнаженного тела.
— Возьми её, — экзальтированно заорала дриада, не отводя от нас сумасшедшего взгляда. — Девственная кровь должна пролиться на этот шелк, и тогда моя госпожа возродиться в этом юном совершенном теле!
— Иди ко мне, Джек, нам будет хорошо с тобой. Эта истеричка даже не почувствует, как ее душа отправится на перерождение. А тебя я приближу к себе, я одарю тебя силой, недоступной многим магам, и подарю наслаждение, которого не испытывал ни один мужчина. Иди же ко мне, муж мой. Этот алтарь свяжет нас крепче любых брачных уз.
— Почему я? — пытаясь сопротивляться, я задавал дебильные вопросы, лишь бы оттянуть окончание ритуала, предотвратить который мне все равно не удалось бы. Если только убить себя и Нору. Но эта дрянь предусмотрительно не оставила ничего острого в пределах досягаемости. К тому же я прекрасно помню окончание ритуала. Так называемый «муж» действительно получал какую-то магическую силу, но только для того, чтобы выдержать напор внедряющейся в тело во время этой отвратительной пародии на брачное ложе богини. Иначе тело человека просто разорвало бы на кусочки — не слишком эстетично, да и ритуал мог бы в этом случае не сработать, ведь нужно было не просто лишить девственности эльфийку, но и еще поработать, так сказать. А потом мужика убивали. Простенько и без затей. Он сделал свое дело, а богине зачем плодить конкурентов, которых она сама чем-то там одарила? Все это я прекрасно помнил, вот только с ужасом осознавал, что пока мой мозг пытался найти выход, мое тело действовало так, как велели ему инстинкты, усиленные магией верховной жрицы. Ухватившись за тончайшую ткань, я разорвал сорочку, кое-как укрывающую тело Норы, и упал между раскинутых ног девушки. Собрав последние капли воли, снова прошептал. — Почему я?
— Потому что мне так захотелось, — знакомый серебристый смех, ворвался в голову. В этот раз в нем прозвучали нотки торжества. — Мне захотелось, чтобы это был ты. Иррациональный выбор, но он меня полностью устраивает. Давай, возьми меня, чего ты медлишь? Я устала ждать!