- Ты извини, - продолжил Айсек, - я был не в себе. Всё-таки ты мог хорошо заработать на моих часах...
- Мне деньги ни к чему, - сухо ответил Фрэнки.
- А я ботинки купил, - и, словно стараясь опередить реакцию Фрэнки, Айсек тут же добавил, - а то эти ужасно текут.
Но Фрэнки всё равно бросил беглый взгляд на старые заношенные ботинки Айсека и непроизвольно улыбнулся:
- Почему не надел?
- Дерьмовый сон приснился. Змеи, мертвецы, запах ботинок...
- Запах ботинок?
- Ну, да! Сплошной кошмар и запах ботинок. Мертвяк облезлый, какие-то злые девицы и от всех разит только новенькой кожей. До сих пор отойти не могу.
Фрэнки замер:
- Ну и богатая же у тебя фантазия. Мертвецы, змеи...
- Слушай, - перебил Айсек, - а что, если человеку снится то, чего он не знает? Как может сон знать то, чего мозг не знает?
- А такое бывает? - Фрэнки продолжил грести кашу.
- Бывает. Вот мне приснился язык ацтеков.
- Жареный?
- Ты издеваешься?
- Ничуть. И с чего ты взял, что это их язык?
- Мертвец сказал мне. Шепнул на ухо.
Фрэнки закончил грести, обстучал лопату и направился в помещение. Проходя мимо Айсека, он с трудом скрываемой улыбкой предложил ему войти первым.
За барной стойкой сидела Чикита. Настроение с самого утра покинуло её, она была грустна и раздражительна. Автомат молчал, телевизор с выключенным звуком развлекал её отрешенный взгляд. Фрэнки и Айсек остановились у бара.
- Ты знаешь, - вдруг, будто только что вспомнив, заговорил Фрэнки, - когда-то мне слишком часто снился велосипед. С самого детства снился, но у меня его так никогда и не было. Я мечтал о нём, думал, что колеса сделают меня свободным. Свободным от этого гребаного общества. Я видел богатые кварталы, дорогие автомобили, яхты и прочее дерьмо... Видел и не мог прикоснуться даже во сне... Все эти люди прекрасны и успешны, они уверенно шагают по жизни, переступая через таких как я, таких как мы. Они не замечают нас, но мы замечаем их. Мы с разных планет, для них даже воздух особенный. Посмотри, как легко они дышат. А где-то совсем рядом, за углом, простой черный парень... - он заметно смутился. - К чертям такое общество! И пусть у меня никогда не было велосипеда, но я рад, что уехал оттуда, сбежал. Мой сон показал мне мой путь, а не желание.
- Потому что путь неизбежен, а желания только мешают идти, - вмешалась Чикита.
- Теперь мне не нужен велосипед, - продолжил Фрэнки. - Теперь я вообще боюсь упасть даже с такой высоты. Я свободен без колёс. Моя жизнь вне этого дерьма, что там за окном. Я никому ничего не должен.
- А как же деньги? - удивился Айсек.
- А что деньги? Количество денег от прошлого не спасает. Меня мало это интересует. Тут человеком бы стать...
Айсек округлил свои рыбьи глаза и в удивлении вытянул шею. Так глубоко и так странно обычно молчаливый Фрэнки ещё никогда с ним не говорил. Он бросил загоревшийся взгляд удивления на Чикиту, затем на Фрэнки, затем снова на Чикиту, хотел что-то сказать, но с глухим громким ударом распахнутой настежь тяжелой двери в зал ворвался разъяренный Вошко. Все мысли вдребезги, Айсек запнулся, ещё даже не начав говорить. Его шея машинально вжалась в плечи, удивленные рыбьи глаза лукаво сощурились, он отвернулся к Чиките и уставился в телевизор. "От этого солдафона можно ожидать чего угодно, тем более, когда он так возбужден... И что она в нём нашла? Смотри-ка, как загорелась, встрепенулась..."
- Грязный ублюдок! Мать твою, членосос! Ирландская свинья, - кричал Вошко, приближаясь к стойке. - Скотина! Вышвырнул меня как паршивого пса, - он показал два пальца. Чикита тут же схватила стакан и плеснула в него виски. Две трети, для Вошко не жалко. - Видите ли, аналитика им не нужна. Это теперь так называется. Аналитика опасна! Полицию вызвал, - Вошко залпом осушил стакан, не морщась, достал пачку сигарет, но вспомнив, что в зале курить нельзя, недовольно фыркнул и вновь жестом попросил повторить ещё виски. Чикита налила. - Ублюдок решил, что это опасно. Выдвигать свои версии - опасно! Заставить общество думать - опасно! А воевать за эту чертову страну не опасно? Нужно якобы дождаться официальной версии... Говорит: "Никакой самодеятельности. Идёт расследование..." Мразь! - Вошко не выдержал. Его трясущиеся от волнения пальцы неловко вскрыли пачку сигарет и сунули небрежно выхваченную первую попавшуюся в рот. Огонь зажигалки, еле слышный треск затяжки, выдох и задумчивое сопение раскрасневшегося Вошко. - Выпьешь со мной? - предложил он Чиките.
Та молча поставила себе стакан и налила немного.
- Эй, и я с вами! - вмешался Айсек.
- И я, - негромко, будто стесняясь, добавил Фрэнки.