Они стояли одни-одинешеньки на склоне холма. За спиной шелестела листвой роща. Троллей не было и в помине. И даже солнце еще не скрылось за горизонт — королева Мэбилон на прощание подарила им еще целый час.
Спеша разорвать все связи с волшебной страной, Роланд избавился от доспехов, оставшись только в рубашке, штанах и сапогах. Когда наряд рыцаря-фейри лег на траву серебристой грудой, он почувствовал себя по-настоящему свободным. Ладошка Дженнет доверчиво лежала в его руке, а впереди расстилалась дорога…
«Не уходи!»
Но они не обернулись.
Вместо эпилога.
Пронзительный собачий лай сначала показался им обманом слуха. Они сначала даже обрадовались этим звукам, как лишним доказательствам того, что живы и здоровы. Но налетевший порыв ветра скрыл солнце, принес с собой холод и сумрак, а вместе с ними и усиливающийся лай.
— Что это?
Над равниной стремительно спускался вечер, словно ветер задул солнце. Издалека доносились истошные вопли.
— Смотри!
Дженнет невольно отшатнулась, прячась за спину Роланда. Распарывая сумрак, к ним мчались всадники — дюжина рыцарей-фейри, а перед ними мчались поджарые псы с окровавленными пастями.
— Дикая Охота, — пробормотал мужчина.
— Что же нам делать? — ахнула девушка.
Меч рыцаря Ролло остался там, возле груды доспехов и возвращаться за ним было бессмысленно. Как и бежать, провоцируя псов на атаку. Поэтому все, что оставалось беглецам — крепче взяться за руки, дожидаясь своей участи. Роланд попытался опять задвинуть Дженнет себе за спину, но девушка заупрямилась и осталась стоять рядом, плечом к плечу.
— Мы все-таки с тобой непроходимые глупцы, Дженнет! Как подумаешь, что мы натворили…
Девушка прижалась к мужчине, обхватила руками, положила голову ему на грудь. Ей было так хорошо стоять вот так, обнявшись, слушать биение родного сердца сквозь рубашку, внимать треску сверчков в траве, слышать шуршание вересковых кустов на легком ветерке и пересвист птах. Было тепло и тихо. Жизнь казалась прекрасной.
— А что мы натворили? — прошептала она, исподтишка касаясь губами груди жениха. — Мы свободны и можем идти, куда угодно!
— А куда? — он смотрел на приближающихся псов. — Мы в ловушке.
Дженнет рассмеялась. Ей стало легко и радостно от того, что она может одним-двумя словами все исправить.
— Нет, Роланд, мы свободны и можем покинуть волшебную страну, когда захотим. И Мэбилон может гневаться, сколько душе угодно — ей нас не достать!
— Ты знаешь, как покинуть волшебную страну?
— Да!
— Шутишь? Ты разве волшебница? Владеешь колдовскими силами? Знаешь, где есть врата?
— Нет, Роланд, я не волшебница, и сил у меня никаких нет, — Дженнет взяла его за руки. — Но я знаю, где находятся врата в наш мир. Они — здесь. Рядом с нами. В любом месте. Нам достаточно только захотеть — и мы вернемся в Англию. Только надо очень-очень сильно захотеть.
— И мы перенесемся… домой? — Роланд бросил последний взгляд на собак.
— Да! Волшебная страна — рядом. Достаточно уметь смотреть и слушать и обладать желанием, чтобы она открылась…
«Молодец, девочка!»
В голосе королевы-колдуньи Айфе слышалось одобрение.
— И как это сделать?
— Надо… сосредоточиться. Прислушаться. Присмотреться. И вовремя заметить знак.
Роланд открыл рот, чтобы спросить, какие знаки девушка имеет в виду, но она сдвинула брови, и мужчина замолчал, доверившись женщине.
Завывания ветра… Стрекот сверчков… Песенка жаворонка… Шелест вереска… Мычание коровы… Запах травы… Дым… Дым! Принюхавшись, Дженнет потянула Роланда в ту сторону, где мычали коровы и в воздухе чувствовался запах дыма. Напрямик, через вересковые холмы, без тропинок, топча цветущие травы и вспугивая сверчков и бабочек. Какие-то мелкие существа — полевые мыши или пикси — кидались врассыпную, спеша уйти с дороги. Рассматривать их было некогда. Взявшись за руки, как дети, они бежали на запах дыма и мычание коров, торопясь обогнать собак Дикой Охоты. И когда в низинке между двумя холмами им попался ручей, оба, не задумываясь, с разбегу сделали прыжок…
Вот только приземление вышло не совсем удачным. Приземляясь, Дженнет неловко ступила, и щиколотку пронзила острая боль. Вскрикнув, девушка упала на траву.
— Ты что? Джен? Больно? — Роланд склонился над нею, обнимая за плечи и помогая встать.