— Куда мне идти? — Он повел факелом вдоль решеток и дверей.
— Направо и назад. Пожалуйста. Пожалуйста, Майкл. На этот раз не будь грезой.
Дьюрант шел на ее отчаянный призыв и совал факел сквозь решетки, пока, наконец, тусклое пламя не высветило маленькую фигурку, сжавшуюся на кровати.
Безумный мерзавец поместил ее в особую камеру, ту самую, в которой Майкл провел два долгих года.
Майкл перебирал ключи Сандре. Второй подошел, дверь со скрипом открылась.
— Выходи. Скорее! — позвал он Эмму.
Загремели цепи.
— Не могу.
Они приковали ее. Ну конечно.
Он закрыл глаза от муки за нее.
Во рту появилась горечь.
Этот вкус был подобен страху.
— Майкл. — Голос Эммы дрожал. — У тебя есть ключи?
— Да. — Держа в руке связку из кабинета Сандре, он вытащил из кармана железное кольцо с ключами Готзона. Они были тяжелые и холодные. Майкла охватил такой ужас, что он не мог двинуться.
Как мог он войти в эту темную утробу земли, где час следовал за часом, день за днем, без света и тепла, без звука человеческого голоса и человеческого прикосновения? Где каждый миг тянулся вечность, пока — всегда слишком скоро — не являлся Сандре и отдавал его Рики, словно мышь — коту.
— Майкл, где же ты? — Голос Эммы был едва громче дыхания.
Эмма. Если он не совладает с собой, она погибнет.
Майкл шагнул вперед. Ужас облепил его словно паутина. Еще шаг. Знакомый запах земли и сырости лишал разума. Еще шаг. «Это ловушка. Ловушка!» — звучало в его мозгу.
Свет факела выхватил из мрака поднятое лицо Эммы. Она выглядела исхудавшей и усталой, но глаза ее сияли. Она смотрела на него как на героя!
— Прекрати, — пробормотал он.
— Что прекратить? Я не могу шевельнуться. — Ее запястья были прикованы к стене, на лодыжках кандалы, цепь от них тянулась к запястьям.
Упав на колени, Майкл осторожно воткнул факел в земляной пол и, придвинувшись как можно ближе к огню, искал меньший ключ на кольце Готзона, ключ, который подойдет к кандалам.
— Прекрати смотреть на меня так, словно я бесстрашный избавитель. — Майкл пытался открыть ножные кандалы.
Его руки тряслись, ключ зазвенел о металл.
— Сандре сказал мне, что ты сидел в этой камере. Он не скрывал, что пытал тебя. Ох, Майкл. — Эмма дотронулась до его щеки, и цепь зловеще зазвенела в нескольких дюймах от его лица. — Ты помнил все это, идя сюда. Знал, что тебя могут схватить и снова подвергнуть пыткам, а могут и убить. И все же ты пришел. Пришел ради меня, но прежде всего ты здесь потому, что всегда поступаешь благородно.
Майкл снова попытался вставить ключ в замок, но пальцы по-прежнему дрожали. Он не мог, просто не мог выполнить последнее, чтобы освободить Эмму.
Он неудачник.
— Я не поступаю благородно, — тихо сказал он. — Я делаю то, что должен.
Эмма засмеялась. От души засмеялась, и звук, которого никогда не слышали эти стены, помог Майклу совладать с собой.
— Ты ничего этого делать был не должен. После того как тебя освободили из тюрьмы и поместили у Фанчеров, ты мог вернуться в Англию. Кто обвинил бы тебя? Вместо этого ты надел костюм Мстителя и начал вершить правосудие. Обнаружив, что меня схватили… схватили после того как ты запретил мне ехать, ты имел право не вмешиваться. Вместо этого ты лицом к лицу столкнулся с этим кошмаром. Наверное, почти обезумел от ужаса, но не отступил. Разве это не благородство? Отвага. Ты самый храбрый человек, Которого я знаю! — Эмма хотела коснуться его, но снова цепь не позволила ей это сделать. — Я не сошла с ума только потому, что знала — ты освободишь меня.
Пока она говорила, слабость в руках Майкла исчезла.
Он снял с Эммы кандалы.
Он обнял ее на минуту, только на минуту, поскольку помнил о зарешеченной двери камеры, длинном коридоре, который им предстояло пройти, о лестницах, воротах, о дворце, полном солдат и слуг принца.
Они с Эммой должны выйти отсюда раньше, чем наверху займутся Сандре.
Но… О, эта минута, когда они обнимали друг друга… это было возрождение света, жизни, любви.
— Ты можешь держаться на ногах? — спросил Майкл.
— Да. — Она хромала. — Только… Свалившись со Старого Нельсона, я ушиблась, и нога еще болит.
— Конечно. — Майкл говорил успокаивающе, но если бы он знал все это… смог бы тогда, в кабинете, сдержаться? Или убил бы Сандре?
Он взял факел и двинулся помочь ей, но железные кольца с тяжелыми ключами мешали ему. Майкл решил было оставить их, но вовремя остановился. Прежде чем они с Эммой выберутся из подземелья, ключи могут пригодиться.