Однако времени на размышления ей не оставили. Золотокрылый зверь присел на задние лапы, заставляя девушку вцепиться в ремень, потом оттолкнулся ими от земли, одновременно сильно хлопнув крыльями. Второй хлопок, третий, и вот уже заснеженная поляна уплыла из-под ног.
Темный лес замелькал в просветах между крыльями, вызывая легкое головокружение. Джесси вцепилась в ремень, практически легла на жесткую шерсть, щурясь от ледяного ветра. Грифон громко заклекотал, вызывая мощную вибрацию всего тела Джесси.
На этот звук откликнулись другие грифоны. Услышав клекот ведущего, они явно прибавили скорости: теперь встречный ветер совсем не давал Джесси открыть глаза, заставляя мечтать о старинном рыцарском шлеме или модных спортивных очках.
Через некоторое время стало чуть-чуть легче, и девушка осторожно посмотрела вниз. Закружилась голова, немного затошнило, но ветер уже не пытался выхлестнуть слезы. Оказалось, что грифон встопорщил перья, закрывая пассажирку от холода. Прильнув к зверю, Джесси испытала неожиданную благодарность за заботу, но грифон тут же разочаровал ее, заложив крутой вираж и едва не стряхнув на землю.
Испугавшись, Джесси вцепилась в ремень и сильнее сжала ноги, пытаясь удержаться верхом. Перед глазами мелькнула опушка и несколько мужчин в серых балахонах. Грифон лег на крыло, потом на другое, гася скорость, чаще замахал крыльями и наконец тяжело приземлился, гулко бухнув о промерзшую землю когтистыми лапами.
Пока Джесси пыталась разжать затекшие от сильного напряжения руки, Омела уже спрыгнула с бронзовокрылого и подбежала к Джесс:
— Слезай! — скомандовала воительница, дергая девушку за ногу.
— Не могу, — пропыхтела в ответ Джесси, — зацепилась за пряжку!
Раздраженная Омела дернула сильнее, раздался треск, и Джесси кулем рухнула на снег, оставив на спине грифона кусок рукава. Увидев такое безобразие, воительница разразилась бранью, а из глаз пленницы полились горькие слезы.
— Что еще случилось? — грубо спросила Омела, презрительно глядя на пленницу.
— Рука, — только и смогла выдохнуть Джесси сквозь сжатые зубы.
Рядом коротко мигнуло, на снег твердо встали теплые сапоги на толстой кожаной подметке. Одного взгляда лорда Гардиана хватило, чтобы Омела отошла в сторону, к другим грифонам, делая вид, что все идет как надо.
Мужчина присел на корточки, осторожно отвел в сторону руку Джесси и взглянул на покрасневшее поцарапанное запястье:
— Что у тебя? — ощупал, слушая короткие писки, и констатировал: — Растяжение и ушиб.
Разглядев наливающуюся опухоль, вздохнул и перетянул запястье Джесс узкой полоской плотного бинта. К застрявшему на месте командиру подошел другой грифон, уже знакомый Джесси парень с синими прядями в шевелюре:
— Что случилось, командир? — нахально ухмыльнулся он и подмигнул. — Налаживаешь связи?
— Не мешай, Хок, — сквозь зубы сказал Гардиан, рассматривая обнаженную до локтя руку девушки. — Где ты умудрилась потерять рукав? — сердито спросил он таким тоном, словно подозревал Джесси во всех промахах сразу.
Девушка не успела ответить – синеволосый, сдавленно хихикая, сдернул оборванный кусок ткани со спины командира:
— Вы не это ищете, мой лорд?
Неслышно выругавшись, Гардиан сунул обрывок в руки Джесси:
— Пришьешь. Руку намажешь мазью. Сегодня спишь с Омелой, завтра выходим в топь.
Девушка кивала, закусив губу от боли и обиды. Она очень старалась держаться, не истерить, как героини популярных магофильмов, но боль, резкая и неожиданная, выжимала слезы.
К удивлению пленницы, синеволосый ее поддержал:
— Что ты шумишь, Гард? Девчонке и так досталось, пусть идет спать.
Грифон вперил в соратника тяжелый взгляд и медленно произнес:
— Не лезь не в свое дело, Хок. То, что ты мой родственник, не дает тебе преимущества в отряде.
— Ну и зря! — как ни в чем не бывало нахально усмехнулся парень, помогая Джесси встать. — Идем, крошка, тебе надо выпить настойки дядюшки Зигеля, после нее не почувствуешь даже такого коня, как наш лорд.