Алехандра как раз закончила макияж.
И…
Прыгнула в ванну.
Пустила душ.
Затем — намылила голову.
Так, чтобы пена закрывала лицо.
Алехандра медленно досчитала до десяти.
(Так договорились с Мадлен.)
Затем вышла из ванной.
С закрытыми глазами.
Голая.
Руки вытянула перед собой.
Все же левый глазик приоткрыла.
Чуть-чуть.
На щелочку.
Любопытно же посмотреть.
Сквозь пену увидела брата Мадлен.
Он развалился.
Развалился в кресле.
— Меня не берут, — Мадлен ныла.
Притворно.
Как и репетировали.
— Мадлен! — Алехандра пропела. — У меня глаза закрыты.
Вода исчезла.
Помоги мне смыть пену. — Алехандра с трудом удерживала дрожь.
С удивлением отметила, что ее нагота никого не возбудила.
А затем — с негодованием…
Будто не голая стояла посредине зала.
СРЕДЬ ШУМНОГО БАЛА, СЛУЧАЙНО… ОНА ОКАЗАЛАСЬ ГОЛАЯ.
— Ах! Алехандра, — у Мадлен хорошо получилось удивиться. — Ты — голая!
А у нас — гости!
— Не может быть! — Алехандра вскрикнула.
— Накинь халатик, — на плечи Алехандры полетел халатик. — И туфли вот…
— Извините, — Джессика усмехнулась. — Так получилось, что мы опаздываем.
На представление!
— Да! — Алехандра посмотрела на брата Мадлен.
«Он?
Он не реагирует?
Неужели, он согласен?
Отпускает меня?
Неужели, даже рот не раскроет?
Похоже, что так.
Очень.
Даже.
Слишком.
Чересчур». — Алехандра кусала губки:
— До свидания. — Улыбнулась натянуто.
— Не забудьте прикадрить кого-нибудь! — брат Мадлен заржал.
Шутка ему показалась отличной!
«Идиот, — Алехандра надулась.
Прошла к космофрегату Джессики.
Начала вспоминать прошлый полет.
К комику Мордухаю. — Не так плохо слетали.
Только я не выдержала.
Мордухай распылил наркотики в воздухе.
Меня и заштормило.
А так…
Космофрегат у Джессики интересный.
И сама она была очень милая.
Вежливая со мной.
Не пойму, почему?
Скорее всего из-за моего отца.
Все пытаются мне угодить, когда узнают, чья я дочь.
ПЫТАЮТСЯ УГОДИТЬ НАШИМ ДЕНЬГАМ.
Ведь мы богатые.
Очень.
Мамочка в подобных случаях повторяет:
«Богатство не возвышает тебя над другими и не означает, что ты лучше их».
Мамочка лукавит.
Прекрасно знает, что богатство возвышает и делает лучше.
Да!
Джессика в прошлый раз показывала мне астероид.
Круто было!
Мне понравилось.
На астероиде.
Дешевый ресторанчик.
Но еда вкусная.
Джессика, оказывается, очень известная.
Она шутила с хозяином ресторанчика.
Здоровалась с другими посетителями.
Ее многие знают.
Джессика — забавная.
Как зверюшка.
Мне приятно с ней болтать.
Жаль, что брат Мадлен — не столь милый, как Джессика.
ГЛАВА 947
Джессика многим нравится.
Во всех смыслах.
Волосы у нее красивые.
Длинные.
Шелковые.
Но…
Все-таки Джессика не из моего круга.
В НАШ ТЕСНЫЙ КРУГ НЕ КАЖДЫЙ ПОПАДЕТ.
Любопытно.
Что думает Джессика обо мне?
Если бы у меня не было денег…
Если бы мы были обе официантки.
То Джессика заинтересовалась бы мной?
Хотела бы со мной дружить? — Алехандра усмехнулась.
Молча.
Взглянула на Джессику.
Джессика была сосредоточена на полете.
Или делала вид, что не обращает на молчание Алехандры внимание. — В прошлый раз Джессика взяла меня за руку.
И…
Поразила меня.
Сказала, что мой отец не одобрит нашей дружбы.
Попросила, чтобы я не болтала.
Не рассказывала, что мы летали к комику Мордухаю.
На вечеринку.
Я согласилась.
Но не понимала.
Почему Джессика хочет дружить со мной?
Именно со мной?
Ведь Мадлен тоже богатая.
А у комика Мордухая мне понравилось.
Мы прилетели первыми.
КТО ПЕРВЫЙ, ТОТ БОЛЬШЕ УВИДИТ.
Хозяин и его девушка открыли нам.
Почти голые.
Оба.
Я была заинтригована.
Потом они ушли одеваться.
Джессика весь вечер не отходила от меня.
Опекала.
Я веселилась.
Никогда так не веселилась раньше.
Я говорила со всеми.
Комик Мордухай — очаровательный!
Когда Джессика отвлеклась, Мордухай подсел ко мне.
Облапил.
И захихикал:
«Я готов поспорить.
Поспорил бы, что ты никогда не пробовала это…»
«Что именно?» — Я спросила.
«О, чистая душа! — комик Мордухай расхохотался. — Я могу тебя научить.
Разным штучкам.
В постели.
Мы бы с тобой полетали…»
Подошла Джессика.
Мордухай спросил у нее: