Помахала рукой.
Джессика подошла к столику.
Зизи тут же щелкнула пальцами.
Приказала принести стул для Джессики.
Потом поочередно представила всех друг другу. — Бауман…
Судзуки…
Родригес…
А это — Джессика!
— Привет, красотка! — Родригес поприветствовал Джессику.
Жизнерадостно улыбался.
— Вы сразу мне понравились! — Джессика засмеялась. — Все!
Обстановка приятная.
Я расслабилась!
РАССЛАБИТЬСЯ ВАЖНЕЕ, ЧЕМ НАПРЯЧЬСЯ.
— Джессика! — Зизи пристально посмотрела. — Как ты оказалась на той вечеринке?
Жуткая вечеринка.
Я в жизни не видела подобной скукотищи.
— Меня.
Йа.
Меня привели…
— Я так и поняла! — Зизи рассмеялась. — Тебя привели.
А меня бросили.
В первый раз в жизни.
Один подлец.
Гад должен был встретить меня там.
Но так и не появился.
— Подружка!
Будешь знать, как кадрить богатеньких звезд! — Бауман расхохотался.
— Это точно! — Зизи согласилась. — Сегодня утром мне позвонила секретарша этого подлеца.
У гада не хватило смелости связаться со мной самому.
Девка сказал
«Мистер Дюбуа просит простить тебя за тот вечер.
Умоляет.
И хочет прислать в подарок цветной голограф».
Ой!
Я оборжалась!
Просто оборжалась.
«Передай мистеру Дюбуа, — я ответила, что он может засунуть этот голограф цветной…
В свою задницу!»
Все захохотали.
Джессика смеялась натужно.
«Ну да, ну да, — Джессика подумала. — Врешь ты все, Зизи.
Не отказалась бы ты от цветного голографа.
Он — дорогой.
Взяла обязательно.
Но перед нами решила покрасоваться».
МНОГИЕ СЧИТАЮТ, ЧТО ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ЧЕГО-ЛИБО, ЭТО — ПОДВИГ.
— Представляете, — Зизи набивала себе цену. — Этот мужик может спать только с веселыми девушками.
Как я!
У него на грустных не встает.
Член, что ли так у него устроен.
И бедолага решил, что должен расплатиться.
Со мной.
Ха!
Если бы я спала за деньги, то у него не хватило бы расплатиться!
Не стоило, конечно, с ним дружить.
Но он — красавчик!
Ого!
А тело — ахнешь!
«Мистер Дюбуа — актер галосериалов, — Джессика вспомнила. — Знаменитый.
Снимается в обтягивающих панталонах.
И рваных майках.
Сложен великолепно!
Не поспоришь об этом!»
— Джессика!
А мы с тобой уже встречались! — Зизи улыбнулась Джессике.
Приподняла очки.
Подмигнула.
— Правда? — Джессика пыталась вспомнить. — У меня память отличная.
Но не могу припомнить.
ПАМЯТЬ — КАК ВЕДРО, А ВЕДРА ИНОГДА БЫВАЮТ С ДЫРКАМИ.
— В клубе.
«Колония».
Ты там заправляла.
Не успевала отбиваться от поклонников.
Они готовы были с тобой прямо на танцплощадке.
— Надо же!
Как я могла забыть тебя.
Ты — яркая!
Верно.
Я – управляющая в «Колонии».
Когда это было?
— Две недели назад.
Ты меня не узнала.
Потому что я там была в макияже.
Покрыта золотой пудрой.
Ты к нам подсаживалась.
Мебя привел Коттини.
— Коттини?
Да, чтоб я сияла!
Конечно!
Как же я тебя не узнала.
Ведь в ту ночь все мужики с ума посходили.
Пытались с тобой закрутить.
Но Коттини всех отшивал.
Напрополую!
— Конечно!
— Сейчас ты другая!
— Да.
Я покрываю себя золотой пудрой только тогда…
Когда хочу всех поразить.
В «Колонии» круто!
Я снова туда прилечу.
А тебя сюда, как занесло?
— Может быть…
Откроем филиал «Колонии» на Холодных Планетах.
Я разведываю обстановку.
— Во как!
Было бы чудесно!
НА ХОЛОДНЫХ ПЛАНЕТАХ НЕ ХВАТАЕТ ОГОНЬКА.
Поговори с Родригесом.
Он покажет тебе настоящие Холодные Планеты! — Зизи натянула маечку.
Скрыла упругие груди.
Два друга Зизи улетели.
Остались только Джессика, Зизи и Родригес.
Они показали Джессике Холодные Планеты.
Истинные Холодные Планеты.
На красном спортивном космокатере Родригеса облетели прилегающие звездные системы.
Зизи веселила Джессику.
Без умолку болтала.
Танцевала.
Изумительно танцевала.
Хохотала.
Вскоре прилетели к ней домой.
Измочаленные.
Счастливые.
— Ты мне нравишься, Джессика, — Зизи расплетала косы. — Ты — девушка, что надо.
— Ты тоже!
Чудесная! — Джессика зевнула.
Настроение у нее приподнятое.
Очень.
Слишком.
Зизи была почти одного роста с ней.
Одета в обтягивающее платье.
Розовое.
И…
Ловко стянула с себя платье.
— Джессика!
Пойдем в джакузи! — Под платьем — только…
Ничего только под платьем. — Джессика!
Хочешь, я натру тебе спинку?
Розовым маслом?